В среду, 11 ноября, в храме Воскресения Словущего в Брюсовом переулке простились с народной артисткой РСФСР Лидией Федосеевой-Шукшиной, умершей в возрасте 88 лет после продолжительной болезни. Семья актрисы приняла решение не устраивать гражданскую панихиду, но на отпевание могли попасть все желающие. Церемония прошла в кругу родственников и друзей, старавшихся хранить молчание. А немногочисленные поклонники пообещали запомнить ее «в самом расцвете» — как на портрете, утопавшем в траурных венках.

К полудню в сквере у входа в церковь собралась заметная толпа журналистов и операторов, вглядывающихся в окна проезжавших мимо машин. В дверях храма стояло несколько мужчин в черном — при приближении людей с фотокамерами они заслоняли собой вход и настойчиво объясняли, что внутри снимать нельзя. Затерявшиеся среди них поклонники актрисы, сжимавшие в руках букеты роз и гвоздик, робко переговаривались, пытаясь понять, можно ли пройти им. В ожидании они рассматривали траурные венки, выставленные перед входом. На лентах значилось: «от союза кинематографистов», «от ВГИКа», «от правительства и губернатора Алтайского края».

В окружении венков стоял портрет Лидии Федосеевой-Шукшиной, на фотографии ей было около 40 лет — снимки были сделаны вскоре после смерти Василия Шукшина. «Вот хорошая фотография какая, она тут в самом расцвете, а то обычно выбирают снимки на похороны, где человек уже старый, как-то нечестно»,— размышляла взрослая женщина с двумя гвоздиками. «Да, она тут зрелая, я бы себе на памятник тоже хотела бы вот из такого своего периода фото»,— ответила ее спутница. Стоявший рядом мужчина, приподняв бровь, покосился на них, видимо удивленный ходу мысли окружавших его людей.