Контрактник, мичуринец и журналист

- Сама не понимаю, зачем я здесь, - откидывает в сторону методическое пособие Диана - женщина где-то в начальной фазе пятого десятка лет. - Ума не приложу, что буду делать весной, когда начнется.

А ведь начнется. Диану Константинову хорошо знают дачники, чьи сады-огороды расположены вдоль дорог из Иркутска на Слюдянку и Большой Луг. На протяжении уже 15 лет выращенные на своем участке саженцы она продает в Шелехове около магазина "Народный". Женщина уже осваивается на уровне стажера в общежитии политеха. По нашим меркам, человек бывалый: знает хотя бы, что делать, если в ответ на варку харчей в комнате студенток сработает пожарная сигнализация. Пока ее устраивает режим "сутки через двое", но ходят разговоры, что всех хотят перевести на "двое через двое", и тогда ей придется подыскивать новое место работы.

- А я не понимаю, как вообще можно выучить эту грамоту, - хлопает по печатному изданию с названием "Шпаргалка" Алексей. - Вот в армии - так все четко, а здесь…

Алексей 20 лет отслужил по контракту, повоевал на СВО и сейчас слегка прихрамывает на правую ногу. Заработанных за участие в спецоперации денег хватило только на то, чтобы перебраться из поселка в Усольском районе в двухкомнатную квартиру в Иркутске-II. Огромный гараж ("шесть на восемь") стоит на земле Минобороны, поэтому больше 10 тысяч за него не предлагают. Пенсия меньше, чем столичным старикам доплачивает правительство Москвы. Куда податься? Хороший человек посоветовал: в охранники.

У Александра из микрорайона Университетский пенсия поболе, так он и завершил военную карьеру в чине подполковника. Но и на 40 с лишним тысяч вольно проживешь, а чтобы выслужить вторую пенсию, гражданскую, трудиться где-то ему надо еще больше десяти лет.

Ну и я ничем не лучше. После 48 лет в газетах разного уровня - от районки до "Комсомолки" надо хоть немного компенсировать ущерб от перехода из корпоративной прессы в собственное средство немассовой информации. Разбирался больше месяца. Находил вакансии с подходящим заработком, но все они требовали постоянного присутствия на работе с полной самоотдачей. Какой уж там независимый сайт - на него просто сил бы не оставалось.

А вообще обеденное время подходит к концу, и надо выйти покурить во дворик охранного учебного заведения. Там, на крылечке, стоит Руслан, который учит нас обращаться со специальными средствами - то есть с резиновой дубинкой и наручниками.

- И много тут у вас осваивает науку такого же старичья, как я? - пользуюсь я возможностью задать вопрос, который в учебном классе показался бы не слишком уместным.

- Да процентов 90.

Страна охранников

Нас в классе обычно немного - три-четыре человека. Это если к нам не присоединяются обучающиеся на 6-й разряд - тем разрешается применять оружие.

Но так-то в России нас - чистая орда. По данным на 1 июля 2025 года (а более свежей цифири я не нашел), насчитывалось 634 466 частных охранников. В это число вошли те, у кто получил удостоверение. Но право на работу оно дает только если получил в подразделении личную карточку охранника. Таких было чуть поменьше - 572 516 человек.

Все равно, конечно, много. Намного больше, чем обладателей таких почетных ремесел, как машинист (в РЖД их 120 тысяч), педиатров (60 тысяч), акушеров с высшим и средним специальным образованием (90 тысяч).

Добрые люди истыкали клавиатуры мудростями про замену человека разной замечательной техникой, да только полностью переложить на нее кое-какие задачи что-то не получается. Физический обход территории, контроль пропускного режима, оперативное реагирование на инциденты, оказание первой помощи - во всём этом человек пока незаменим.

Обязанности охранника растяжимы, как трикотаж. Знания едва укладываются в черепной коробке. На это приходит мысль, когда Татьяна Георгиевна, женщина с огромным стажем работы в милиции, диктует нам для конспектирования, чем необходимая оборона отличается от действий по крайней необходимости. Не знаете? По источнику опасности, по объекту причинённого вреда, по выбору средств предотвращения опасности, по объему превышения наносимого вреда. И разницу по каждой графе еще надо раскрыть. И понимать, что если определение пределов необходимой обороны будет определяться "на тоненького", а адвокаты нападавших выкатят на вас бумагу в суд, железно спасти вас может только общественный резонанс.

Словом, работа частного охранника - это не синекура, а страшная ответственность.

Путь в профессию

Во всем нашем маленьком потоке был только один человек, который зарабатывает очень приличные деньги. Он появился за день до экзаменов, откровенно признался, что ни один из 300 билетов не учил, прохождение медкомиссии и учёбу ему оплатил работодатель, а по завершении повторной проверки отправится в Липецкую область. Но он - исключение из правила. В основном в ЧО идет беднота. Это инструмент социальной самозащиты тех, кому элементарно не хватает на жизнь. Но государству нет смысла их поддерживать, потому что деваться этой категории людей некуда.

Чтобы получить медицинское заключение серии ЧО, надо предварительно заплатить в психоневрологическом диспансере 6 920 рублей. Обучение - еще 6 000 рублей, госпошлина за подачу заявления в подразделение Росгвардии - 2 000 рублей. Итого - почти половина будущего месячного заработка. И каждый год нас ждет плановая проверка: снова идти к наркологам, психиатрам и так далее…

Что же этого следует?

Следует благодарить преподавателей за науку. Глядя, скажем, на проведение сердечно-легочной реанимации в телесюжетах, я раньше считал, что ничего сложного в необходимых для этой ситуации действий нет: подышал в рот, понажимал на грудину, пощупал пульс - что тут такого?

Такие сюжеты и сериалы Алексей Викторович, человек с дипломом Санкт-Петербургской военно-медицинской академии имени С.М. Кирова и огромным опытом работы в условиях военных действий, посоветовал не смотреть. С такой техникой, сказал, запросто можно окончательно убить человека, но никак уж не возвратить его из командировки на тот свет. Я теперь точно знаю, в какой последовательности проводится остановка артериального кровотечения. Что находящегося в бессознательном состоянии до прибытия скорой помощи надо перевести в устойчивое боковое положение, а раненого в грудную клетку - в положение полусидя. Разве этого мало?

Наше главное спецсредство

У меня изрядный опыт обращения с резиновыми дубинками. В свое время на Улан-Удэнском авиазаводе, где трудились родители супруги, их выпускали по номенклатуре "Товары народного потребления". И неспокойный, находящийся в вечных поисках народ наш потреблял их по-разному: кто по прямому назначению, кто по своим соображениям. Я, например, выбивал ею отправленные на дачный участок ковры и брал с собой в машину на случай встречи с бедовыми людьми. Кончилось тем, что её изъяли инспекторы ГИБДД. Спецсредство же.

Наносить дубинкой удары по голове, плечам, в области грудины и паха запрещено. Нельзя пускать ее в ход против несовершеннолетних, женщин с видимыми признаками беременности, против людей с явными признаками инвалидности. А как отличить беременную от просто полной женщины? А человек на костылях - он инвалид? Не факт.

При этом можно бить дубинкой и все перечисленные категории людей - в случае, если они оказывают вооруженное сопротивление, совершают групповое нападение, угрожающее жизни и здоровью самого охранника или тех, кого он охраняет. А что делать против хорошо подготовившейся к теракту компании? В кино - да, смелось охранника творит чудеса, а в реальности резиновая палка можно только навредить, а твоя отвага может привести к большему количеству жертв.

Тонкостей много. Главное, что может предотвратить беду, лучшее спецсредство сделано совсем из другого материала, и находится оно в коре головного мозга. Наблюдай, подмечай, проворачивай варианты развития событий, свои действия. И слова. Слово - оно и убить, и спасти способно. Может и не спасти. Но это уже решается там - на самом верху.