Строчки на бумаге

Первого мая 1937 года, в День международной солидарности трудящихся, газета "Правда" приветствовала читателей стихотворением поэта Виктора Гусева, известного по песням "Полюшко-поле", "Песня о Москве", "Казак уходил на войну", "Марш артиллеристов" и т. д. Публикуем его в сокращении:

"Объехав с концертами Свердловск и Пермь и многие города,

Экспрессом в Челябинск, на Энский завод приехала кинозвезда.

…А люди ждали песен ее и сидели в такой тиши,

Как будто бы в зале на тысячу душ не было ни души.

…Простые песни, могучие песни, песни о нашей стране.

О наших делах и о нашей любви, о ветре далеких дорог.

Когда она смолкла, старик Петров волненья сдержать не смог.

Он вышел на сцену и кратко сказал: "Вы пели, товарищ, так...

Мы вам цветы принесли, но цветы - растенье, трава, пустяк.

И даже лучшим из этих цветов не выразить наших сердец.

Мы десять тысяч в смену даем поршневых прочных колец.

И мы ответим своим трудом песням прекрасным таким,

И ровно двенадцать тысяч колец мы через неделю дадим".

…Актриса уехала в Магнитогорск, о кольцах забыв тотчас,

Решив, что многое можно сказать в такой торжественный час.

А через неделю поезд ее обратно в Челябинск примчал,

И снова был переполнен зал, и голос ее звучал.

И преподнес ей старик Петров - сияло его лицо -

Двенадцать тысяч двести десятое поршневое кольцо....

Она всегда имела успех! Он был грандиозен, друзья,

В городе Курске ей подарили курского соловья.

Гордый Свердловск благодарил яшмой и рубином ее,

В Туле ей, маленькой, преподнесли свирепого вида ружье.

И отдыхали в квартире у ней, полные красоты,

Мурманские и тбилисские, и киевские цветы.

Она привыкла к таким вещам, но тут, понимаете, тут

Ей люди свой труд принесли в награду за ее несравненный труд".

Как песня строить и жить помогает

Сюжет поэтического произведения не фантазия автора. 17 и 18 декабря 1936 года любимица страны Любовь Орлова действительно выступала с концертом в челябинском кинотеатре "Сталь". Посетила и ряд заводов, в том числе то самое тракторное предприятие из стихотворения. Правда, после возвращения из Магнитогорска стахановцы вручили ей изделие под номером 12 374 (поэт немного погрешил против истины ради рифмы), зато с гравировкой "Нам песня строить и жить помогает…".

Каждый фильм Любови Орловой заставлял миллионы зрителей буквально сходить с ума

Орлова как советская Марлен Дитрих. Ее супруг режиссер Григорий Александров, кажется, всю жизнь доводил свой "бриллиант" до совершенства, ориентируясь на внешность легенды экрана: выбеленные волосы, тонкие брови, красная помада, наряды от кутюр. Но… Орлова - это все-таки Орлова, равная мировым кинозвездам в таланте и народной любви. Каждый ее фильм заставлял миллионы зрителей буквально сходить с ума. Актрисе старались подражать, видя в ней эталон, созданный советской властью, - фигуру, способную поднять рабочих и крестьян на пьедестал выше, чем у Веры Мухиной.

В музее тракторного завода есть материалы о якобы имевшей место встрече Орловой с "отцом народов", на которой она поведала ему о подарке челябинцев. "Сталин внимательно прочел надпись на кольце и задумался. Я ждала, что он мне скажет.

- Государственный подход у челябинских товарищей, - сказал Сталин и осторожно, словно боясь разбить, положил кольцо на стол. - Так и должны поступать советские люди. Артистке Орловой приятно, коллективу завода приятно, мне приятно знать, что есть в Челябинске такие люди, и еще государству польза. Наверное, надо запретить дарить артистам цветы? Пусть лучше такие подарки дарят…

Я улыбнулась, понимая, что Сталин шутит", - вспоминала любимая актриса вождя.

Через годы, через расстояния

О журналистке Лии Вайнштейн коллеги писали: "Она - всеми признанный репортер первой величины. Других газетных жанров не признавала. Она любила репортаж, жила репортажем. Газета поглощала ее жизнь целиком". Благодаря этой страсти у истории с кольцом появилось продолжение.

Лия Абрамовна узнала о стихах Гусева, кстати, еще и сценариста фильмов "Свинарка и пастух", "В шесть часов вечера после войны", из его двухтомника и, задумав новую газетную рубрику, захотела дозвониться до Орловой. Увы, телефон молчал, и журналистка отправилась в столицу. О "московских страданиях" рассказывала сдержанно: многочисленные неудачные попытки застать знаменитость дома, волнения, доходящие до отчаяния. Наконец (о счастье!) вежливый бархатный мужской голос (это был Григорий Александров) пообещал организовать встречу с Любовью Петровной.

Далее Лия Вайнштейн вспоминала:

"...Квартира звездной четы находилась в самом центре Москвы, на Большой Бронной… В назначенный день и час лихорадочно бегу к метро, пересаживаюсь на троллейбус. Большой генеральский дом, нарядный вестибюль, вышколенный лифтер с вежливым вопросом: "На какой вам этаж?" Волнуюсь так, что забываю взглянуть на часы, и не замечаю, что прибежала досрочно. Я обескуражена, лепечу извинения, на приглашение сесть пристраиваюсь на краешке кресла.

"На кого она похожа?" - мучительно вспоминаю я (разглядывая Орлову). Нет, не на Марион Диксон из "Цирка" и уж, конечно, не на Стрелку из "Волги-Волги". Вспомнила! В "Весне" Орлова играет две роли - педантичную ученую даму и красавицу-актрису. Вот на первую она и похожа.

Постепенно разговор наладился, и мы ровно через час (ни минутой дольше!) расстались - в дверь уже звонил следующий визитер. Когда "Кольцо" было опубликовано, я послала газету Любови Петровне. И получила от нее следующее письмо: "Милая Лия! Большое Вам спасибо за чудесную статью. Очень, очень она мне понравилась!"

Свет звезды

Но о чем беседовала тогда кинодива с журналисткой? Сохранился ли подарок?

- Конечно, сохранился! В дни войны я его увезла из Москвы среди самых дорогих вещей... Потом кольцо вернулось вместе со мной.

- Мне очень приятно снова вспомнить эту историю, - продолжила Орлова. - Виктор Гусев был с нами хорошо знаком, мы встречались, и он очень правдиво рассказал не только о самом случае. Главное - правдивы чувства, которые я испытала тогда и не могу забыть до сих пор.

А потом она поделилась подробностями еще одного памятного момента:

- В первые послевоенные годы мы с Григорием Васильевичем Александровым, возвращаясь с международного кинофестиваля, сделали остановку в Париже. На фестивале был высоко оценен наш фильм "Весна" - мою работу в этой картине признали лучшей. В Париже мы приняли участие в пресс-конференции. Вопросы задавались разные, в том числе и весьма каверзные. И вдруг такой: "Скажите, пожалуйста, госпожа Орлова, в Советском Союзе кинозвездам преподносят ценные подарки?" Я на мгновенье задумалась. А затем сказала: "Однажды я получила кольцо, цену которого даже трудно определить". Журналисты переглянулись, как мне показалось, удивленно и недоверчиво. И тогда я рассказала историю, происшедшую в Челябинске. В зале на мгновение настала тишина. А затем - гром аплодисментов.

Легендарная актриса до финала, до занавеса доиграла свою роль. Увы, в квартире на Большой Бронной теперь живут другие люди. После смерти ее бывших владельцев многие личные вещи Орловой были распроданы, другие попали в музеи, частные коллекции. А судьба того самого кольца никому не известна, хотя, говорят, его поиски ведутся до сих пор.

Знать, действительно не все исписанное сгорает на костре времени - многое остается. Заслуженная артистка РСФСР Майя Дробинина (ее называют одной из ключевых фигур в жанре театра одного актера) включила эпизод с подарком стахановцев в свой концертный репертуар. Попал он и в книгу к одному из юбилеев тракторного предприятия. И, конечно, стал еще одним штрихом к портрету Челябинска, готового оправдать полученное звание "Культурная столица-2027".

А еще музейные работники передали для публикации несколько снимков Любови Орловой. Вот она, одетая и причесанная словно для журнала мод, держит круглую заготовку, полуобернувшись к работницам. А на другом - уже газетном, размытом, без резкости - у нее в руках то самое поршневое кольцо, и звезда будто вовсе и не звезда, а просто женщина из народа, который она так любила изображать в кадре и который в конечном счете сделал ее знаменитой.