Но по порядку. В конце лета весь мир обсуждал смерть и возможное место упокоения сербского генерала, который при жизни заслужил два взаимоисключающих титула. А именно: "боснийский мясник" и "настоящий герой Сербии". Речь о Ратко Младиче.

Казалось бы: хватит обострять и без того непростую обстановку, сербы сосредоточены на выборах. Может, не надо вспоминать прошлое?

Смерть генерала разделила Сербию на два лагеря. Для одних генерал Младич герой, для других - палач. Чисто визуально, судя по надписям на стенах домов в Белграде, большинство сербов считают генерала героем.

Усомнился в этом на дорогах Сербии. Пересекал страну с Юга на Север. На каменных парапетах дорог читаю: "Ратко Младич - герой!". Ну, ладно, мало ли у кого баллончик с краской под рукой оказался. Въехал в Белград. Граффити подобного рода меньше не стало.

Напомню: генерал Младич умер два месяца назад в тюрьме в Гааге. Смерть генерала на самом деле потрясла Сербию, одни кричали, что умер военный преступник, другие - Ратко защитник сербов, и спасибо его матери, что родила такого сына. Не просто кричали - эти слова они писали на муралах. Противники заливали муралы краской, которую сторонники генерала терпеливо смывали.

Да, у нас часто пишут: Радко или даже Дарко. На Балканах в лингвистике много нюансов, даже языки-братья - сербский и сербскохорватский - имеют значительные отличия в написании и произношении. Но на его могиле четко: Ratko Mladić. Ну раз Ратко - значит Ратко.

Спрашиваю популярный в России искусственный интеллект: сколько в столице Сербии муралов генералу Младичу? ИИ почему-то нагло врет: один! Но и он под вопросом, противники хотят его закрасить.

Но я своими глазами за сутки в Белграде видел два, а сегодня утром прямо при входе в свой отель обнаружил третий. Думаю, их десятки.

Решил - съезжу на могилу генерала. Обязуюсь: репортаж в стиле "что вижу, то и пишу". Факты обязуюсь отделять от комментариев. Поехали?

Итак, сажусь в центре на автобус и направляюсь в сторону одного из старейших кладбищ сербской столицы: Топчидерского погоста. Это место на стыке трех муниципалитетов, одновременно и лесопарк, и городской район Белграда. Замечу, у сербов несколько иное отношение к смерти, чем у нас. Не принято хвастаться престижностью кладбища, во-всяком случае нет такого, как, скажем, в Москве: Новодевичье, Ваганьковское, Троекуровское и далее по списку важности.

Дорога на Топчидерское кладбище. Трудно поверить, что ты сейчас в Белграде: лес, совершенно пустая дорога и дома, напоминающие сельскую Сербию.

Тем не менее, и сербам ничто человеческое не чуждо. Знаменитостей здесь чаще всего хоронят на Ново гробље (Новое кладбище) в Белграде. Я там тоже был, видел тамошние русские могилы и русскую часовню. Но сейчас подъезжаю к Топчидеру. От крайней остановки автобуса навигатор предлагает прогуляться пешком примерно один километр. Когда до пункта назначения остается три сотни шагов, то ощущение, что заблудился. Я в лесу. В самом настоящем лесу. Асфальтовая дорожка настолько узка, что две малолитражки не разъедутся. А ведь писали, что похороны были многолюдными, все мировые информагентства сюда съехались. И как же они тут разъезжались?

За сотню шагов до кладбища в частном доме можно купить цветы и свечи. Хозяев звать необязательно, просто положи деньги и забери, что тебе нужно.

Помню те репортажи. По всем мировым медиа прокатилось: похороны генерала Младича - вызов демократии. Чиновники ЕС через ведущие СМИ объявили: если Сербия так хоронит военного преступника, то ей не место в Европе!

…И вот иду я, стало быть, по этой самой Европе. Чиновники ЕС, для вас будет открытием, что Сербия всегда была и будет в Европе. Над этим вы не властны.

Сторожа и персонал на кладбище, вероятно, есть, но визуально они незаметны. Табличка на воротах начинается со слов: "Молимо вас..." (с сербского - "Просим вас"). Ничего особенного, просят соблюдать чистоту и порядок "у гробна места Ваших наjближих". Здесь часто не понимаешь, зачем сербу и русскому вообще нужны переводчики.

И еще, я бывал на сельских российских погостах. У нас перед входом обычно торговля: живые цветы, венки, памятники-образцы, ну и по мелочи: свечи и прочее. Здесь за сто метров до входа во дворе частного дома небольшой стол: цветы и свечи по цене от 5 до 100 динар. При входе на кладбище - ничего. Лишь в конце погоста небольшая церковь, где можно купить свечу и цветы. Само кладбище, несмотря на выходной день, практически пустое, лишь у колумбария небольшая группа людей, да у одной могилы отпевают покойника.

ИИ мне подсказывает: генерал похоронен на участке №21. Иду. Обхожу участок - не нахожу могилы.

Генерал Ратко покоится на участке №21. Это ИИ вам сообщит. Но вот в какой части участка - надо искать самому.

Тут ко мне из ниоткуда подлетают две цыганки, просят денег. Даю несколько 10-динарных купюр (10 динар это 8 наших рублей). Вроде и немного дал, а девчонки просто счастливы. И никакого развода: давай погадаю. Просто улыбаются, благодарят. "Не благодарите, - строго говорю. - Отведите на могилу генерала Младича".

Обняли с двух сторон и повели на могилу. Шли, правда, недолго, шагов десять.

Ну что ж, генерал, здравствуй. Хотя можно ли здравствовать в том мире, где он сейчас? А это не нам судить. Придет время - узнаем.

Лучший ориентир - живые цветы. На соседних могилах их не наблюдал. Также на могиле генерала всегда кто-то есть. Нет, не толпы людей, но кто-то - обязательно.

Я написал: на кладбище почти пусто. Так и есть. Но из сотен могил только перед крестом генерала были люди. Сначала сидели мужчина и женщина. Нет, не семейная пара, он ей рассказывал, что его жена осталась жива только благодаря генералу Ратко. Сидели долго, беседовали - я на сербском понимаю в лучшем случае половину фраз. Ушли, но тут же подошли другие.

Я хотел остаться на этой могиле один. Взял с собой крохотную, примерно на 100 мл фляжку, наполнил ракией. Захотел сесть на скамейку, поговорить с генералом. О чем? Простите, но это наше с ним дело. Сербского генерала и советского капитана в отставке. Есть о чем.

Могила семейная: на гранитной плите - имя дочери генерала. А над ним самим только деревянный крест. Возможно, так все и останется.

Через полчаса понял, что ничего не выйдет. Уходят одни - приходят другие. Просто подошел, встал перед крестом. Рядом стояли два человека за 60. Один пришел на костылях, он периодически начинал рыдать.

По фото создается иллюзия, что генералу уже поставили памятник из черного гранита. Нет, да и не принято в православии торопиться с памятником. Первый год - деревянный крест. Генерал умер 27 августа, ну какой камень.

Сфотографироваться, положив руку на крест, по-моему, далеко не везде принято. Но у сербов свои традиции и правила.

А плита, что за крестом - это памятник на могиле его дочери. Ана Младич, студентка медицинского института. В возрасте 23 лет, по официальной версии, застрелилась из пистолета, который хранился в семье. Когда-то давно ее отца, тогда еще лейтенанта-выпускника военного училища, удостоили наградным оружием. Злые языки твердили, что Ана прочитала в газете о "преступлениях отца" и покончила жизнь самоубийством. Генерал Младич говорил, что это ложь, дочь никогда бы не пошла на суицид, ее убили и оболгали.

Думаю, в каком-то ином мире дочь Ана и отец Ратко встретились, и знают истину. А мы ее, вероятно, не узнаем никогда.

Выходишь с кладбища, всего тысяча шагов - и из "сельской Сербии" каким-то чудом оказываешься в шумном городе Белграде. И первое, что видишь: мурал генералу.

По существу

Как обещал, отделяю факты от своих комментариев. Хотел бы сказать несколько вещей.

  1. Самые жуткие войны, это когда убивают не за то, что ты выбрал какую-то сторону, а по национальности. По цвету кожи, по разрезу глаз, по акценту. Межэтнические бойни - ад на любой земле, но на Балканах все в квадрате, такая уж кровь. И те, кто сейчас рассуждает о военных преступлениях, - да неизвестно как вы себя бы повели в стремлении выжить. Народы Югославии не сами по себе устроили бойню. Их долго и изощренно стравливали, подкупали, гипертрофировали исторические обиды. Генералы оказались в ситуации, когда окружающий мир сошел с ума. Вот просто вдумайтесь: у беременных женщин вспарывали животы только по подозрению, что вынашивает ребенка "не той" национальности. И вот у человека в военной форме перед глазами: убивают, насилуют, грабят твой народ! Да, эмоции часто перевешивали разум, и они посылали своих солдат убивать врагов. Без разбору, хотя стоило бы.
  2. Не оправдываю геноцид. Просто судить надо не только генералов той лютой бойни, но и ее организаторов. Но до сих пор никто не наказан. Ни один! Хотя эти люди живут не в горах Косово, а в Лондоне и Париже. Кое-кто и нобелевскую премию мира за бойню на Балканах получил.
  3. Нет, конечно, судить можно и генералов, а также полевых командиров, но уж тогда - всех. Не выборочно. И сделать это следовало 25 лет назад, а не сейчас. Что, вот только что "дошли руки" до некоторых косовско-албанских военных преступников? А четверть века европейские судьи чем-то более важным заняты были?
  4. Одно из самых серьезных преступлений в стане демократии: воспрепятствование правосудию. Каждый знает: пусть рухнет мир, но восторжествует закон. А как на самом деле? Помните, высшие должностные лица международных трибуналов письменно, в мемуарах, признались: на нас давили, не давали осудить бандитов и живодеров. А раз так, то их решения были неправосудными. Да, ни у кого нет машины времени. И в этом случае только один выход: амнистия. Простить, перелистнуть страничку истории (очень страшную), и попытаться жить дальше.
  5. Увязывать похороны серба-генерала с возможностью членства в ЕС - последняя стадия деградация европейской демократии. Начистоту: вы же все равно сербов в свой ЕС в ближайшее десятилетие скорее всего не примете. Напомните, пожалуйста, сколько в очереди в Евросоюз стоит Турция? Больше трети века, не так ли?
  6. Я сейчас скажу обидные слова. Но все равно - скажу. С древности самые достойные народы, вынужденные воевать за императоров-покорителей, оговаривали право: судить нас ты можешь, но палач будет наш. Человек терял жизнь, но не честь и достоинство. В том смысле: если считаете серба в чем-то виноватым, то имейте мужество сами решать его судьбу. Судили генерала какие-то чужие для славян люди, но сдали-то его свои. И сербам с этим жить.
  7. Я уже написал: кладбище, где похоронен Ратко Младич, - не Арлингтон. Здесь нет ни пафоса, ни статуса, ни большой политики. Генерал хотел покоиться рядом с дочерью, и все так получилось. А кто пришел к нему на похороны, и приходит до сих пор на могилу - это личное или профессиональное дело тех, кто пришел (ходит). Не ЕС это решать. Генерал давно предстал перед иным судом, более высоким, нежли наш, человеческий. А все запретители из Гааги и Брюсселя: да идите-ка вы лесом. Что, кстати, весьма несложно: здесь кругом лесной массив.