Российские мошенники всё активнее используют психологическое воздействие и искусственный интеллект для получения доступа к деньгам граждан. Во II квартале 2026 года число выявленных атак с применением социальной инженерии выросло почти на 50%, свидетельствуют данные Банка России. Злоумышленники разрабатывают многоступенчатые сценарии, представляются сотрудниками различных организаций и убеждают людей самостоятельно совершать финансовые операции. Почему россияне продолжают доверять мошенникам, как преступникам удается обходить банковскую защиту и насколько реально вернуть похищенные деньги — в материале «Известий».
Самые новые схемы мошенничества
Новые схемы мошенничества с использованием современных технологий и психологических приемов появляются регулярно. Злоумышленники постоянно совершенствуют свои методы. Так, 4 октября в МВД России сообщили, что мошенники начали активнее изучать социальные сети потенциальных жертв. Они собирают сведения о профессии, увлечениях, семейном положении и цифровых привычках человека, после чего разрабатывают индивидуальную легенду. Например, сначала направляют сообщение с фишинговой ссылкой, затем звонят от имени банка или полиции, а на заключительном этапе могут подключить курьера для получения денег.
В сентябре аналитики компании F6 назвали газете «Ведомости» три схемы обмана под видом денежных выплат. На поддельных сайтах Социального фонда россиянам обещали 210 тыс. рублей, от имени портала «Работа России» — 300 тыс. рублей, а через фальшивый сервис «Яндекс Задания» — до 60 тыс. рублей. Для получения денег пользователей переводили в Telegram, где требовали оплатить вымышленные комиссии, пошлины и налоги. По данным F6, только одна мошенническая группа использовала сеть из 15 поддельных сайтов.
Еще одним направлением стали атаки через сервисы знакомств. Как предупредили 4 сентября в МВД на своем официальном интернет-портале «МВД Медиа», преступники сначала устанавливают доверительные отношения, а затем просят помочь получить скидку, оформить заказ или перейти по ссылке. В других случаях новые знакомые предлагают вложиться в якобы прибыльный проект, демонстрируют фиктивный рост дохода и постепенно убеждают переводить всё большие суммы.
В конце сентября МВД также предупредили о мошенничестве с использованием сведений о месте работы и номера СНИЛС. Злоумышленники создают поддельные рабочие чаты, сообщают о якобы скомпрометированных учетных записях и подключают к разговору мнимых правоохранителей. Под предлогом проверки граждан убеждают передать наличные курьерам для фиктивного декларирования.
Почему растет число атак с использованием социальной инженерии
Социальная инженерия представляет собой совокупность методов психологического воздействия, с помощью которых злоумышленники побуждают человека раскрывать конфиденциальную информацию или совершать действия в интересах преступников. В отличие от традиционных кибератак, мошенникам необязательно взламывать банковские приложения или платежную инфраструктуру. Иногда достаточно убедить владельца счета самостоятельно подтвердить перевод, оформить кредит или предоставить доступ к личному кабинету.
Масштабы проблемы отражает статистика Центробанка. В I квартале 2026 года регулятор зафиксировал 19 151 атаку с использованием социальной инженерии, а во II квартале — уже 28 678. Таким образом, число выявленных атак увеличилось на 49,75%. При этом количество обнаруженных фишинговых атак за тот же период сократилось с 450 до 426, а атак с применением вредоносного программного обеспечения — с 95 до 85.
Рост числа киберинцидентов связан в том числе с распространением искусственного интеллекта, рассказал «Известиям» эксперт по кибербезопасности, директор и партнер компании «Интеллектуальный Резерв» («ИТ-Резерв») Павел Мясоедов. По его словам, современные технологии и искусственный интеллект значительно упростили подготовку мошеннических схем.
— Прежде всего, с его помощью злоумышленники совершенствуют методы социальной инженерии. Они анализируют новостной фон, готовят тексты и сценарии для атак. Кроме того, искусственный интеллект используют для написания программ, в том числе предназначенных для компрометации различных устройств, — пояснил эксперт.
Он отметил, что раньше для создания вредоносного программного обеспечения преступникам требовались навыки программирования. Теперь часть этих задач можно выполнять с помощью нейросетей. При этом злоумышленники используют в том числе модифицированные модели, в которых могут отсутствовать ограничения на создание опасного контента.
Однако увеличение числа выявленных атак не следует объяснять исключительно развитием технологий. По словам Мясоедова, на статистику влияет и то, что граждане чаще сообщают о подозрительных операциях в банки и обращаются в правоохранительные органы.
— Второй фактор связан с выявляемостью преступлений. Люди стали чаще подавать заявления и сообщать о подозрительных операциях в службы безопасности банков. Это также влияет на статистику: количество выявленных атак увеличивается, — подчеркнул специалист.
Вместе с тем эксперт считает, что реальная мошенническая активность также увеличивается. Одной из причин он назвал снижение порога входа в киберпреступность благодаря искусственному интеллекту.
От доставки до социальных выплат: как мошенники входят в доверие
Одной из особенностей современных мошеннических схем стало использование привычных бытовых ситуаций. Злоумышленники могут звонить под предлогом доставки посылки, замены счетчиков, оформления социальной льготы или перерасчета выплат. Финансовые требования появляются позднее, когда преступникам уже удалось установить контакт с потенциальной жертвой.
Особую опасность представляют многоступенчатые сценарии, в которых с человеком последовательно общаются несколько злоумышленников, рассказал Павел Мясоедов.
— Преступники используют многоходовые схемы социальной инженерии. Сначала они обращаются к потенциальной жертве с относительно безобидным предлогом. Например, сообщают о программе замены счетчиков или возможности получить социальную льготу, — отметил он.
После первого контакта к разговору может подключиться другой участник схемы, который продолжит воздействовать на человека, используя уже полученную информацию. При этом мошенники нередко маскируют сообщения под уведомления известных сервисов и просят сообщить код подтверждения.
Кандидат психологических наук, клинический психолог Марина Солдатенкова объяснила «Известиям», что начало общения с нейтральных вопросов позволяет злоумышленникам постепенно снижать настороженность человека.
— Это тактический шаг. Через нейтральность и маленькие шаги снижается контроль и способность анализировать поступившую информацию. Часто используют простые фразы-вопросы, чтобы человек как минимум сказал ответ «да», а на четвертый раз человеку сложно сказать «нет», — рассказала психолог.
По ее словам, мошенники могут заранее изучать социальные сети потенциальной жертвы, ее профессиональную деятельность, положение в обществе и личные достижения. На основе полученной информации они разрабатывают индивидуальный сценарий воздействия.
В частности, злоумышленники могут использовать страх потери денег, желание быть нужным или значимым, стремление выполнить распоряжение руководства либо обычное любопытство.
Почему люди продолжают верить мошенникам
Главная задача социальной инженерии — заставить человека совершить действия, которые в обычных обстоятельствах он мог бы счесть опасными. Для этого преступники используют психологическое давление, создают ощущение срочности и убеждают жертву, что промедление приведет к серьезным последствиям.
По словам Марины Солдатенковой, информированность о мошеннических схемах сама по себе не гарантирует защиты. Человек может быть уверен, что никогда не попадется на уловки злоумышленников, и именно эта уверенность снижает его бдительность.
— Человек со здоровой психикой недооценивает для себя вероятность плохого исхода, он как бы самоуверенно смотрит на рекомендуемые ситуации поведения в мошеннических схемах, то есть вроде как «это не про меня, я точно этому не поддамся», это называется смещением оптимиста, — пояснила специалист.
Дополнительную роль играет психологическое сопротивление. Когда близкие предупреждают человека об опасности, он может воспринимать такие советы как попытку ограничить его самостоятельность. В результате желание доказать собственную правоту иногда оказывается сильнее осторожности.
Другой механизм связан с иллюзией контроля. Человек может продолжать общение с предполагаемым мошенником, рассчитывая самостоятельно определить момент, когда необходимо прекратить разговор. Однако постепенно он вовлекается в сценарий и начинает выполнять указания злоумышленника.
Сложности возникают и после совершения первого действия. Если человек уже перешел по ссылке, сообщил часть информации или согласился с собеседником, ему бывает трудно признать ошибку и отказаться от дальнейшего участия.
— Когнитивный диссонанс: как только человек сделал первый шаг в схеме, прошел по ссылке, получил одобрение, ему сложно отказаться, показавшись невеждой. Человеку сложно признать ошибку, всегда кто-то виноват, а я-то хотел как лучше. И еще признать, что меня обманули, также сложно», — подчеркнула Солдатенкова.
Адвокат, кандидат юридических наук, управляющий партнер юридической фирмы «Некрасов, Рудоманов и партнеры» Андрей Некрасов считает, что одной из главных причин успешности подобных схем остается доверчивость граждан.
— По-моему, всё осталось, как и было. Людей разводят по самым надуманным глупым основаниям. Сколько ни говори, а люди всё равно почему-то верят в любые глупости, которые им рассказывают, и предоставляют данные своих платежных карт, предоставляют доступ к своим аккаунтам на «Госуслугах» и доступ даже к своим онлайн-банкам. Люди доверчивые. Вот это проблема, — отметил он.
По мнению адвоката, мошенники могут использовать практически любые предлоги, поэтому универсального сценария обмана не существует. Основным способом защиты он назвал отказ от передачи личных и финансовых сведений незнакомым собеседникам.
Кто чаще становится жертвой мошенников
Распространенное представление о том, что от телефонного мошенничества преимущественно страдают пенсионеры, не отражает всей картины. Пожилые граждане действительно становятся целевой аудиторией отдельных схем, однако с попытками обмана сталкиваются и люди из других возрастных категорий.
Согласно исследованию Банка России, опубликованному 2 июня 2026 года, почти половина москвичей, потерявших деньги из-за мошенников, — работающие люди в возрасте от 25 до 54 лет со средним и высоким уровнем дохода. Средний размер их потерь составил 202,7 тыс. рублей. Мужчины и женщины оказались подвержены риску примерно в равной степени — 49,5% и 50,5% соответственно.
По словам Марины Солдатенковой, разные возрастные категории имеют собственные особенности, которые могут использовать злоумышленники.
— Риску подлежат все группы, но каждая попадает под схему со своими особенностями: молодежь с высокой цифровой грамотностью имеет излишнюю самоуверенность, средний возраст — оставляют много следов в Сети, покупки, маркетплейсы, фото успеха и т.д. Пожилые привержены системе социальных институтов — звонок из органов, ЖКХ. А для многих это еще и одиночество: поговорить с кем-то надо, — рассказала психолог.
Почему банковская защита не всегда останавливает мошенников
По мере совершенствования антифрод-систем злоумышленники адаптируют свои действия к новым механизмам обнаружения подозрительных операций. Одним из способов обхода защиты становится использование устройств самих клиентов.
Как объяснил Павел Мясоедов, мошенники могут получать доступ к компьютерам и смартфонам через программы удаленного управления или вредоносное программное обеспечение. При этом пользователь не всегда замечает постороннюю активность, поскольку современные устройства способны работать без заметного снижения производительности.
— В результате мошеннические действия совершаются с устройства легального пользователя, — пояснил специалист.
Кроме того, преступники могут использовать искусственный интеллект для имитации обычного поведения клиента. При подготовке операций учитываются последовательность действий, открытие приложений и интервалы между нажатиями кнопок.
— В результате антифрод-система, обученная распознавать ранее известные мошеннические схемы, может не обнаружить новые способы совершения преступлений, — отметил Мясоедов.
Дополнительную сложность представляют ситуации, когда человек самостоятельно выполняет указания злоумышленников. В таком случае финансовая операция может внешне соответствовать обычным действиям клиента, несмотря на то что решение было принято под психологическим воздействием.
Почему похищенные деньги сложно вернуть
Даже если о факте мошенничества становится известно правоохранительным органам, возвращение похищенных средств остается серьезной проблемой. По словам Павла Мясоедова, деньги могут выводиться через криптовалютные кошельки и переводиться за пределы России. Он отметил, что раскрытие преступления не всегда означает возможность возместить ущерб потерпевшему.
— Проблема заключается в том, что после вывода денег за пределы страны получить к ним доступ становится крайне сложно. Привлечь к расследованию местные правоохранительные органы также не всегда удается, — объяснил эксперт.
Адвокат Андрей Некрасов также оценивает перспективы возвращения похищенных денег как крайне низкие. По его мнению, одной из причин остается сложность расследования большого количества мошеннических эпизодов, особенно если речь идет о сравнительно небольших суммах.
— Очень мало средств возвращается потерпевшим, потому что потерпевшие — это довольно массовая категория людей. При этом большинство случаев мошенничества связано не с многомиллионными суммами, а с относительно небольшими хищениями, — рассказал он.
Юрист обратил внимание, что некоторые потерпевшие не обращаются в правоохранительные органы, а расследование подобных преступлений может осложняться нехваткой технических средств и информации о злоумышленниках.
Отдельной проблемой становится доказывание обстоятельств преступления, когда пострадавший самостоятельно подтвердил банковскую операцию.
— В такой ситуации крайне сложно доказать надлежащими процессуальными средствами, что человек не понимал последствий своих действий и действовал под влиянием обмана, — отметил Некрасов.
По словам адвоката, сложности возникают из-за того, что потерпевший сам предоставил данные для проведения трансакции и подтвердил перевод. При этом установление факта психологического воздействия требует дополнительных доказательств. Отсутствие цифровых следов непосредственных действий злоумышленников затрудняет расследование. Особенно это касается случаев, когда операции совершались с устройства самого потерпевшего.
Какие меры помогают защититься от мошенников
Несмотря на рост числа выявленных атак, банки и операторы связи продолжают совершенствовать системы противодействия мошенничеству. Однако технические ограничения не могут полностью исключить риск обмана. По мнению экспертов, важную роль играет поведение самих граждан.
Павел Мясоедов рекомендует прежде всего обращать внимание на то, кто стал инициатором общения.
— Если человек сам не совершал никаких действий, не оформлял запрос и не инициировал обращение, но ему неожиданно звонят и просят продиктовать код, передавать его нельзя, — подчеркнул он.
Марина Солдатенкова советует не продолжать подозрительные разговоры, выдерживать паузу перед принятием решений и использовать автоответчик для незнакомых номеров. Также она рекомендует учиться распознавать собственные эмоциональные реакции, особенно страх и ощущение срочности.

Комментарии 0