Риск - дело благородное
Фильм поклонники Деппа, разумеется, ждали, как ждали и мы. Все-таки отстранение такого большого актера, как Депп, ничего кроме минусов кинематографу не принесло, что бы там ни говорили ярые сторонники так называемой повесточки. Тем более, что мы отлично знали потенциал Уэста: ранее он снял три великолепных слэшера "X", "Пэрл" и "Максин XXX", со сквозной героиней, которую без преувеличения шикарно сыграла Миа Гот. Пусть эти фильмы не стали особо успешными в кассовом плане, но уж наградами-то и номинациями всю франшизу буквально завалили, а мы в данном случае с американскими критиками были абсолютно согласны. Короче, сочетание имен режиссера и главного актера заставили киноманов считать дни до выхода новинки.
Правда, и рисковали создатели здорово: мало того, что задействовали человека, в отношении которого успокоились в Голливуде далеко не все, так еще и в основу сценария положили классическую повесть Чарльза Диккенса "Рождественская песнь в прозе", экранизированную уже как минимум 11 раз, если считать вместе с мультфильмами. И некоторые экранизации, как, например, фильм 1988 года "Новая рождественская сказка" с Биллом Мюрреем, сегодня имеют статус культовых.
Иначе говоря, критикам было с чем сравнивать новое киновоплощение английской классики. Это не говоря о том, что экранизировать классику само по себе рискованно: известный пример из нашей литературы - булгаковская "шаркающая кавалерийская походка" Понтия Пилата, которую нам так и не смогли показать ни Владимир Бортко с Кириллом Лавровым, ни тем более Михаил Локшин с Класом Бангом.
В общем, Деппа мы хоть и ждали с нетерпением, но за качество самого фильма побаивались.

"Кто вы такие?! Я вас не звал!".
Внимание - спойлеры (возрастом 183 года)!
Диккенсовский сюжет, впрочем, не особо сложен: известный всему Лондону одинокий скряга Эбенезер Скрудж встречает перед Рождеством трех духов, с которыми путешествует по своему светлому детству, мрачному настоящему и кошмарному будущему, от чего меняется и возвращается домой новым человеком. Кстати, если вдруг вы не в курсе - диснеевский Скрудж Макдак срисован именно с него, почему наши локализаторы, уверены мы, и назвали фильм вместо Ebenezer "Скруджем" - надо полагать, чтобы российский зритель не пропустил перекрестной отсылки.
В англоязычной культуре диккенсовская повесть царствует на вершине рождественских сказок без малого двести лет, как добрая, светлая история о том, что этот праздник может сделать счастливым даже самого угрюмого мизантропа. Поэтому выбор режиссера с одной стороны порадовал, с другой - насторожил: все-таки хоррор-слэшеры не совсем то же самое, что рождественская сказка. К счастью, Уэст не подвел: он смог соединить мотивы настоящего кошмара и доброе содержание.
Кошмар он передал в первую очередь визуалом: мрачные улицы викторианской промышленной Англии, покрытые смогом и туманом, тьма с оранжевыми отблесками свечей на древних стенах, и жуткие образы духов. Кстати, здесь серьезнейшее отличие от литературного оригинала: там рождественские приведения описаны более чем комплиментарно (за исключением пришедшей в финале Смерти), а этих вполне спокойно можно было бы запихнуть в настоящий хоррор.
И это, заметим, отнюдь не минус фильму: Диккенс словами подчеркивал леденящий ужас Эбенезера при встрече привидений, а вот их описанием прочувствовать этот ужас читателю не дал - вроде как встреча с ними и так по умолчанию страшила здорового человека в XIX веке. Зато современному зрителю, натренированному сотнями хоррор-хитов, умолчанием уже не угодить: чтобы передать ноту страха в мыслях главного героя, надо напугать самого зрителя. С этой стороны в новом фильме все в порядке.
Правда, не совсем понятно, зачем при всем том Духа Нынешних Святок, великана с "длинными темно-каштановыми кудрями, добрым открытым и улыбающимся лицом, сияющими глазами, веселым голосом и жизнерадостным видом" превращать в мрачного и не совсем опрятного афроамериканца? Нельзя было сделать пугающий образ с евроамериканцем? Странно как-то, ну да сейчас такие вопросы задавать не принято, поэтому пропустим.

Иэн "Гэндальф" Маккеллен может быть довольно пугающим.
Джонни может все, что угодно!
За доброе же содержание на фоне хоррор-картинки от всей души скажем наконец-то спасибо и Деппу. Мы пока не уверены, что с кассовой точки зрения возвращение актера будет триумфальным, хотя намеки после премьеры есть, но вот с точки зрения мастерства оно таким уже стало. Пусть в старом и мерзком образе Скруджа регулярно проглядывала мимика Джека Воробья (просим прощения - капитана Джека Воробья), зато в тех моментах, где Джонни отыгрывал внутренние изменения персонажа, лучшего исполнителя мы бы не пожелали. Духи показывают ему тени прошлого, и сквозь мрачную, хищную физиономию алчного скряги явственно вспыхивают настолько искренние светлые чувства, что эмоциональные зрители того и гляди всхлипнут. Где там Станиславский?
Актерское же мастерство Деппа сшивает и несколько раздерганный по сравнению с Диккенсом сюжет. Например, сценарист и режиссер совершенно упустили превращение Скруджа из доброго, влюбленного юноши в скрягу. Вот он несколько минут экранного времени милуется со своей любимой девушкой, а вот в следующем кадре она ему уже предъявляет, что деньги для него стали главной целью, поэтому она уходит.
Конечно, очерствение персонажа и у Диккенса уложилось в несколько строк, но в том и разница инструментов литературы и кино. Если в книге достаточно сказать, что "Беспокойный, алчный блеск появился в глазах, и было ясно, какая болезненная страсть пустила корни в его душе", то перенести это на экран - та еще задачка. Показать перемены в человеке действием авторы, повторимся, не удосужились, зато за них это сделал Депп, причем со стороны! Ведь его молодого при расставании с девушкой играл другой актер (Артур Конти), который не особо отличился в этом моменте, но взгляд старого Скруджа (Деппа) на молодого себя рассказал зрителю все, что нужно.

В канун Рождества старика посещают духи Прошлого, Настоящего и Будущего.
Альтернатива уроку английской литературы
Есть и другие отличия нового кино от литературной первоосновы, но уже не столь существенные. Например, сокращены путешествия Скруджа с духами, порезаны те сцены счастливых и не очень семейств, которые он наблюдал, добавлено энное количество хоррор-элементов, вроде падения Эбенезера в собственную будущую могилу и закапывания его "живьем". Хотя все это не слишком важно, а если зритель книгу не читал, то и вовсе не имеет значения - оставшихся линий вполне хватило для раскрытия сюжета.
К тому же в целом эту киноадаптацию все-таки можно считать едва ли не подстрочником. Диалоги, во всяком случае, перекочевали из книги на экран едва ли не дословно, да и сюжет, за исключением упомянутых отличий, совпадает до мелочей. Так что если оценивать "Скруджа" в отрыве от предыдущих экранизаций, можно уверенно сказать, что англоязычным школьникам он очень пригодится: попадись им на экзамене билет про это произведение Диккенса, после просмотра они точно справятся с ответом.
Да и для взрослых кино лишним точно не будет, особенно для прижимистых и злобных. Тут, конечно, пальма первенства однозначно за великим английским писателем, но сегодня и взрослые читать не торопятся, особенно классику. Поэтому получить банальный, но от того не менее истинный урок о том, что в жизни главное, можно и с помощью Тая Уэста и Джонни Деппа. Конечно, есть еще вариант пробавиться предыдущими киноверсиями, однако учтите, что половина из них - по мотивам, как тот же фильм с Мюрреем, в котором он вовсе не Эбензер Скрудж, а телебосс Фрэнк Кросс из XX века. Другими словами, если вам хочется познакомиться именно с классикой, Ebenezer к вашим услугам.

Звезда "Разделения" Трэмелл Тиллман в образе призрака Настоящего.

Комментарии 0