Утренний час-пик
Основная работа разворачивается в направлении Краматорска со стороны Дружковки. В самом городе техника долго не задерживается: противник прячется, маскирует автотранспорт, а как только караван разгружается, он сразу же откатывается обратно.
"У противника есть конкретный утренний час-пик, - рассказывает Кузя. - Это время, когда начинает работать основная логистика. Обычно они выезжают "по-серому" (в предрассветных сумерках. - Прим. ред.). Иногда, если сильный ветер или ливень, могут отправить технику и днем. Из расчета, что в такую погоду никто не полетит".
Сложные метеоусловия создают помехи не только врагу, но и российским операторам. Особенно это касается оптоволоконных дронов. "К сожалению, очень сильно мешает ветер, так как он рвет кабели, - поясняет оператор. - Допустим, пролетел БПЛА над посадкой, провод намотался на деревья, поднялся ветер - произошел обрыв. Но у нас профи работают, так что даже в таких условиях задачу выполняем, если грамотно к ней подойти и стараться лететь по ровной местности".
Скрытая позиция вражеских операторов
Самой сложной целью за 20 дней оказался не танк и не укрепленный блиндаж, а расчет вражеских операторов БПЛА. "Там мавиководы засели в кустах, обложились сетками, - вспоминает Кузя. - Пришлось потратить немалое количество дронов, чтобы их достать".
На уничтожение этой позиции ушло семь беспилотников только от одного расчета. Боевая нагрузка каждого - полтора-два килограмма. "Приходилось несколько дронов тратить на пробитие защитной сетки, плюс постоянно держать мониторинг, чтобы противник не сбежал, пока мы его вскрываем", - отмечает разведчик.
"Мы воины, а не убийцы"
Враг пытается адаптироваться и использует хитрость, пытаясь выдать себя за мирных жителей городов и поселков. "Противник проверяет маршруты: отправляет солдата в гражданской одежде на велосипеде, - объясняет Кузя. - Он проезжает и смотрит, есть ли там средства РЭБ или наши дроны. Если есть - проезжает мимо и наводит на нас ударные группы".
Однако российские операторы принципиально не работают по таким целям. "Мы даже можем понять, что он военнослужащий, но работать все равно не будем, если есть хоть малейшее подозрение, что это мирный житель, - подчеркивает оператор. - Противник пользуется нашим гуманизмом, думает, что это наша слабость. Но мы воины, а не убийцы. Поэтому таких не трогаем".
Подбитая бронетехника и личные рекорды
Долгожданной целью для Кузи стал вражеский танк. "Я мечтал хотя бы увидеть его в прицел, - признается он. - Долго не получалось, но однажды на одном из вылетов увидел сразу три. Они пытались скрытно передислоцироваться на Краматорском направлении. По одному из них удалось попасть. К сожалению, танк с повреждениями, но ушел. Однако свою боевую задачу он уже не выполнил".
Часто противник активно использует БМД (бронированные машины десанта и пехоты), думая, что они надежно защищены. "А дрону все равно, - отмечает оператор. - Был момент, когда я летел на дроне с боеприпасом КЗ-6 (кассетный элемент весом 3 килограмма. - Прим. ред.). На меня выехала БМД - она сгорела от одного дрона. Бронированная, но им это не помогло".
В среднем за день экипаж поражает две-три цели. Рекорд за 20-дневную боевую задачу - 14 единиц пораженной техники. Среди них пикапы, БМД и НРТК (наземные робототехнические комплексы) - то, что противник чаще всего применяет.

Комментарии 0