В ноябре 1947 года в Большом театре состоялась премьера оперы «Великая дружба» Вано Мурадели. Она подверглась разгромной критике, и с этого начался новый виток борьбы с формализмом в советском искусстве. При Сталине культура была одновременно предметом личного интереса вождя и мощным инструментом государственной пропаганды. Эта тема нашла отражение в новом шестисерийном фильме Владимира Бортко «Сталин», премьера которого состоится 6 декабря на РЕН ТВ. Почему Шостаковичу ставили в вину «сумбур вместо музыки», как реакция вождя на «Ивана Грозного» определила судьбу Эйзенштейна и что в произведениях Ахматовой и Зощенко не совпадало с политикой Кремля — в материале «Известий».
«Отношение к искусству у Сталина было специфическим»
За окном ночь. Сталин с ближайшими соратниками, среди которых Берия и Маленков, сидит в личном кинозале. На экране — вторая часть фильма Сергея Эйзенштейна «Иван Грозный». Зритель еще не видел эту картину, и первая, самая главная, рецензия определит судьбу не только ленты, но и ее создателя.
Кадр из фильма «Иван Грозный»
«Это не фильм. Это какой-то кошмар. Совершенно неверно показана опричнина. Опричники выглядят как какой-то ку-клукс-клан!» — выносит вердикт вождь.
Это одна из сцен новой исторической драмы «Сталин» режиссера Владимира Бортко, который хорошо известен зрителю по «Собачьему сердцу», «Мастеру и Маргарите», «Тарасу Бульбе» и «Бандитскому Петербургу». Эпизод становится небольшой, но важной деталью повествования — нитью к пониманию мотивов лидера СССР через его особые отношения с культурой того времени.
Опирается эта история на реальную основу. Сталин не просто контролировал кинематограф, а прямо участвовал в формировании советской афиши. По его требованию на экране появилась целая галерея исторических персонажей: «Петр Первый» и «Кутузов» Петрова, «Адмирал Нахимов» Пудовкина, «Александр Невский» того же Эйзенштейна.
Кадр из фильма «Александр Невский»
Именно по настоянию руководства страны последний взялся за сюжет про Ивана Грозного. С первым фильмом проблем не возникло: образ великого государя работал как идеологический портрет. В 1946 году режиссер даже был удостоен Сталинской премии I степени. Но в продолжении от героического образа собирателя земель Эйзенштейн пришел к изображению трагедии власти и разрушительной изнанки самодержавия, что зрители наверху не оценили.
В феврале 1947 года режиссера и исполнителя главной роли Николая Черкасова приглашают в Кремль. Запись этой встречи, сделанная Черкасовым по горячим следам, сохранила подробный перечень претензий Сталина к новой ленте. В частности, по мнению вождя, царя нарисовали нерешительным и похожим на Гамлета.
Сегодня в этой истории поражает даже не столько конфликт правителя и художника, сколько то внимание, которое Сталин уделял кино, не жалея времени на подробное обсуждение конкретного произведения.
— Отношение к искусству у Сталина было специфическим. Он рассматривал его в основном утилитарно. Искусство с его точки зрения должно было служить конкретной государственной цели. При этом, конечно, требования художественного уровня тоже были, то есть предполагались какие-то таланты у режиссеров, актеров, художников, чтобы это всё-таки привлекало еще и за счет несомненной культурной и творческой ценности. Но обязательно должна была быть идеологическая государственная сверхзадача встроена во все жанры искусства, во все творческие произведения. Он этим занимался особенно жестко. Он не предполагал какого-то свободного поиска и избавлялся от тех, кто в этих поисках был чрезмерно самостоятельным, — объяснил «Известиям» историк, бывший советник президента РФ по политическим вопросам (1991–1993 гг.) Сергей Станкевич.
Советский исторический фильм «Иван Грозный» режиссера Сергея Эйзенштейна
Для Эйзенштейна эта история закончилась трагически. Он тяжело переживал судьбу своего детища и, несмотря на формальные обещания, данные вождю, не собирался его переделывать, предпочтя буквально загнать себя до смерти иной работой: жизнь гения прервалась из-за сердечного приступа в 1948 году, когда ему было всего 50 лет. Зритель увидел вторую серию «Ивана Грозного» много лет спустя после смерти Сталина.
Вместе с тем, хорошо понимая роль кино, Сталин еще в непростые 1930-е поддержал развитие советской музыкальной комедии. Одним из первых ярких примеров стали «Веселые ребята» Григория Александрова, бывшего ассистента Эйзенштейна. После просмотра ленты, сделанной по лекалам голливудских мюзиклов, но с нашим национальным колоритом, вождь сказал, что словно в отпуске побывал. Но помимо личных симпатий он наверняка учитывал и тот «терапевтический» эффект, который задорная беззаботная картина произведет на советских граждан, так нуждавшихся в положительных эмоциях.
Кадр из фильма «Веселые ребята»
Именно этот фильм сделал звездой Любовь Орлову. Следом появились «Цирк» и «Волга-Волга», которые имели огромный успех. Расчет вождя оказался верным.
Как Сталин стал продюсером советского искусства
По существу, Сталин присвоил себе роль главного продюсера советского искусства, неоднократно вмешиваясь в развитие музыки, театра, литературы и лично участвуя в судьбе многих деятелей культуры, причем как положительно, одаривая их премиями и решая проблемы, так и отрицательно. Например, борьба с формализмом нанесла сильный удар по советским композиторам.
— Своего рода символом борьбы с формализмом в музыке стала кампания, начатая статьей в «Правде» под названием «Сумбур вместо музыки». Ее мишенью стала опера Шостаковича «Леди Макбет Мценского уезда». Вскоре такого же огульного порицания удостоились балеты Шостаковича, которым была посвящена статья «Балетная фальшь». Эти события стали началом полномасштабной кампании, которая, то ослабевая, то усиливаясь, в сущности, никогда не прекращалась в советской культуре, — отметила в беседе с «Известиями» доктор искусствоведения, ведущий научный сотрудник Государственного института искусствознания Марина Раку.
Продолжением стало постановление 1948 года «Об опере «Великая дружба», причем сочинение Вано Мурадели оказалось лишь поводом к новому удару по целому ряду великих музыкантов, прежде всего Шостаковичу и Прокофьеву. С этого начался новый виток административного осуждения «неправильного» творчества в СССР.
— Идея о значимости искусства для построения нового социума и нового человека была унаследована советской культурой от романтизма XIX века и воспринята через идеи жизнестроительства Серебряного века. Музыка воспринималась как один из важнейших инструментов этой всеохватной работы. Эту значимость музыки для общества сегодня невозможно себе представить. Сталин был воспитан в осознании особого статуса музыкального искусства и перенес эти идеи в советскую идеологическую работу, — сказала Марина Раку.
Не менее противоречивыми были отношения Сталина с литературой. Писатели и поэты обладали огромным влиянием на общественное сознание, а значит, государство стремилось контролировать не только содержание их произведений, но и саму возможность их публикации. В 1946 году под удар попали Михаил Зощенко и Анна Ахматова. Постановление ЦК о журналах «Звезда» и «Ленинград» фактически лишило их возможности нормально работать и публиковаться. Эпизод, отсылающий к этим событиям, тоже есть в сериале Бортко «Сталин».
Поэтесса Анна Ахматова
«Пусть писатели Ахматова, Зощенко пишут, но зачем советскому государству публиковать их произведения, их личные переживания, не имеющие ничего общего ни с задачами страны, ни с чаяниями народа?», — задается вопросом вождь в исполнении Игоря Миркурбанова.
И в этой фразе раскрывается режиссерский замысел нового фильма. Это не просто обращение к эпохе — с победного 1945 года до смерти Сталина в 1953-м, а художественное исследование личности и роли лидера и мотивов, определяющих его решения и будущее большой страны, которой после тяжелой войны приходится восстанавливать экономику, налаживать мирную жизнь, противостоять Западу на фоне нарастающего напряжения и гонки по созданию ядерного оружия.
Кадр из сериала «Сталин»
— В нем были метафизика, мистический план определенного свойства. Я исхожу из того, что случайно такие люди там не оказываются. Роль личности в истории всегда связана с каким-то высшим руководством, высшим началом, — поделился с «Известиями» мнением Игорь Миркурбанов. — И если видеть чуть дальше, то стоял вопрос выживания — сначала в войне, а потом на фоне создания ядерной бомбы. Мне кажется, есть моменты в истории страны, когда все усилия должны быть направлены на общую цель.
На экране — блестящий кастинг: Виктор Сухоруков в роли Никиты Хрущева, Александр Яцко (Лаврентий Берия), Александр Самойленко (Георгий Маленков), Кристина Бабушкина (экономка Сталина Варвара Истомина), Юлия Рутберг (будущий четвертый премьер-министр Израиля Голда Меир).
Кадр из сериала «Сталин»
Это первая большая работа Владимира Бортко за последнее десятилетие. Режиссер собирал историю по архивным документам, стенограммам политбюро и мемуарам. 6 декабря шестисерийная драма «Сталин» о человеке, вне власти которого не оставалось даже искусство, выйдет на РЕН ТВ.

Комментарии 0