11 ноября в столице ОАЭ Абу-Даби завершились двухдневные переговоры между Россией, Украиной и США по урегулированию конфликта на Украине. В первый день встреча продлилась чуть более четырех часов, во второй — около двух. Предыдущая встреча в таком формате прошла в феврале 2026 года в Женеве. Таким образом, Москва, Киев и Вашингтон возобновили трехсторонние контакты после почти восьми месяцев перерыва.

Кто участвовал в переговорах

В делегацию России вошли как те, кто участвовал в переговорах с Украиной и раньше, — это глава делегации, помощник президента Владимир Мединский, начальник Главного управления Генштаба Игорь Костюков и заместитель министра иностранных дел Михаил Галузин, который курирует отношения со странами СНГ, так и новые лица — в частности, заместитель министра иностранных дел Сергей Рябков, который курирует в том числе вопросы контроля над вооружениями, и начальник службы оперативной информации и международных связей ФСБ Алексей Комков. В Абу-Даби из Москвы также прибыла экспертная группа высокопоставленных сотрудников Генштаба, МИДа и ФСБ.

Состав делегации Украины был тот же, что и на предыдущих переговорах, — руководитель Службы внешней разведки Рустем Умеров (глава делегации), замначальника Главного управления разведки Вадим Скибицкий, глава офиса президента Кирилл Буданов, его первый заместитель Сергей Кислица, глава фракции правящей партии «Слуга народа» Давид Арахамия.

От США в переговорах участвовали спецпосланник президента США Стив Уиткофф и зять президента Джаред Кушнер, которые в последние полтора года методом челночной дипломатии налаживали контакты с Москвой и Киевом, а также глава Европейского командования Вооруженных сил США, главком объединенных сил НАТО в Европе генерал Алексус Гринкевич (он также участвовал в трехсторонних переговорах, которые прошли в феврале 2026 года в Женеве).

На чем сделала на переговорах в Абу-Даби акцент делегация России

На повестке было не только завершение конфликта, но и выстраивание новой архитектуры безопасности в Европе в целом. Как заявил по итогам встреч глава российской делегации Мединский, в Абу-Даби «эта тема была центральной». «Мы с участием американской стороны обменялись нашими позициями: где-то нашли взаимопонимание, где-то нет. И этот разговор, безусловно, будет еще продолжен», — сказал он на пресс-конференции 11 ноября. «Конфликт на Украине показал, что вся действующая после Ялты и Потсдама система безопасности в Европе работает очень плохо», — отметил он. «По сути болен весь организм. А на Украине просто прорвался гнойник. Поэтому надо лечить организм целиком», — поставил диагноз Мединский в присутствии других четырех российских переговорщиков.

Раскрывать какие-либо детали встреч Мединский не стал. «В таких случаях до тех пор, пока не достигнута окончательная договоренность, детали никогда не обсуждаются», — сказал он. При этом анонсировал новый масштабный обмен пленными, параметры которого будут оглашены в ближайшее время. Как сообщил первый заместитель руководителя управления информации Генштаба Александр Зорин, он состоится примерно через две-три недели после согласования всех вопросов.

Предыдущие раунды переговоров — как двусторонних между Россией и Украиной, так и трехсторонних с участием США — заканчивались без прорывов в урегулировании, но с договоренностями по обмену пленными; самый масштабный был согласован в июле 2025 года на третьей встрече в Стамбуле — он проходил по формуле «1200 на 1200».

На чем сделала акцент в Абу-Даби делегация Украины

Не стали раскрывать детали и представители Украины. «Вопрос, поднимающийся во время переговоров, — это вопрос переговоров. Важен только результат. Когда мы его достигнем, об этом будет публично объявлено», — сказал журналистам Буданов (здесь и далее — цитаты украинских представителей по украинскому изданию «Страна»).

Арахамия назвал переговорную динамику хорошей и предположил, что некое решение может быть достигнуто до конца года. При этом нынешний раунд он назвал «одним из самых сложных». «Российская сторона приехала с очень жесткими установками, и смягчить тон дискуссии было непросто», — сказал он на пресс-конференции в присутствии Уиткоффа и Кушнера. И затем обратился к ним: «Но вы предложили выстроить разговор вокруг того, каким обе страны видят свое будущее после войны. Думаю, это помогло наладить диалог, и мы стали работать продуктивнее».

Арахамия назвал три результата, которых удалось достичь в ходе контактов 10–11 ноября: согласование «одного из самых масштабных, если не самого масштабного» обмена пленными; возобновление трехстороннего формата (говоря об этом, он выразил надежду на то, что к встречам подключатся представители Европы и формат станет многосторонним); «большой прогресс» по другим вопросам (подробности он раскрывать не стал).

Что сказали американские переговорщики и чего ждать дальше

С американской стороны на пресс-конференции, совместной с украинской делегацией, выступил Кушнер. Он анонсировал, что 12 ноября он и Уиткофф будут в Москве, где встретятся с президентом России Владимиром Путиным (помощник российского лидера Юрий Ушаков эту информацию подтвердил); потом они отправятся на встречу с президентом Украины Владимиром Зеленским, которая запланирована в столице Ирландии Дублине.

По словам Кушнера, одна из целей их визита в Москву — наряду с окончательным согласованием формулы обмена пленными и решением других гуманитарных вопросов — выяснить, возможно ли подключить к обсуждениям представителей европейских стран с тем, чтобы формат из трехстороннего стал многосторонним. При этом на встречах в Абу-Даби присутствовали представители Евросоюза, НАТО, Великобритании, Германии, Италии и Франции, однако непосредственно в переговорах они не участвовали.

«Вопросы, которые затрагивались по ходу обсуждений, касались безопасности после войны — как сделать так, чтобы после того, как эта война закончится, она не началась снова, — сказал Кушнер, отметив, что по вопросам гарантий безопасности Украины был достигнут хороший прогресс. — <…> Мы также обсуждали трудные вопросы — территориальный вопрос, который остается самым сложным». Он подчеркнул, что реализация постконфликтных договоренностей «не произойдет, пока не будет соглашения по территориям и по другим двусторонним вопросам».

О том, что соглашение по урегулированию на Украине затронет всю Европу, ранее сообщил президент США Дональд Трамп; он сделал это после встречи с главой Российского фонда прямых инвестиций (РФПИ), спецпредставителем российского президента Кириллом Дмитриевым. Подробнее чуть позже на эту тему высказался Кушнер. По его словам, главная цель переговоров — «договоренности, которые учитывают опасения по поводу безопасности всех сторон, снижают риск будущих конфликтов и создают более стабильную и предсказуемую среду безопасности». В связи с этим Кушнер обозначил пять элементов, которые должны помочь эту цель достичь: постоянные консультации по безопасности; надежные каналы связи в кризисных ситуациях; прозрачность в военной сфере; взаимные меры по снижению рисков эскалации; устойчивая основа для долгосрочной европейской безопасности и стабильности.

Что подразумевается под новой архитектурой безопасности в Европе

На пресс-конференции в Абу-Даби Мединский напомнил, что вопрос о новой системе безопасности в Европе Москва поднимала неоднократно, сославшись на инициативы 2008 и 2021 годов.

Так, в 2008 году президент России Дмитрий Медведев предложил разработать Договор о европейской безопасности, задача которого — «создать в области военно-политической безопасности в Евро-Атлантике единое, неразделенное пространство, чтобы окончательно разделаться с наследием холодной войны. Это предполагало закрепление в международном праве принципа неделимости безопасности, на который российские представители ссылаются в контексте конфликта на Украине; его суть в том, что безопасность одной страны не может обеспечиваться за счет другой. В 2009 году Россия направила проект договора в страны региона и международные организации — НАТО, Евросоюз, ОДКБ, СНГ, ОБСЕ. Однако западные страны заявили, что существующих форматов достаточно и необходимости создавать новые нет, и российская инициатива не получила развития.

Затем в декабре 2021 года Россия передала США и НАТО проекты двух договоров о гарантиях безопасности. В документе, переданном Вашингтону, речь, в частности, шла об отказе НАТО от расширения на восток (в частности, от приема в альянс бывших республик СССР), ограничении военного присутствия на постсоветском пространстве, а также о возвращении американского ядерного оружия из Европы в США и запрете на его размещение за пределами Штатов. В проекте, переданном НАТО, говорилось о том, что альянс должен вернуться к границам 1997 года (то есть фактически аннулировать членство 14 восточноевропейских стран, которые вступили в НАТО в 1999, 2004, 2009, 2017 и 2020 годах), отказаться от военной активности на Украине и в странах Восточной Европы, Южного Кавказа и Центральной Азии и исключить дальнейшее расширение альянса.

На тот момент Россия и США вели переговоры о новом соглашении по контролю над ядерными вооружениями (российскую делегацию на них возглавлял Рябков). В январе 2022 года этот диалог трансформировался в разговор о гарантиях безопасности, который продолжался с 10 по 13 января: сначала в Женеве в рамках диалога по ядерным вооружениям, затем в Брюсселе в рамках Совета Россия — НАТО, ныне упраздненного, и после в Вене на площадке ОБСЕ. Эти переговоры ни к чему не привели. В конце января США и НАТО передали России ответы, в которых ее требования отвергли.

Стратегическая стабильность всегда была важной частью дискуссий, говорит директор Центра комплексных европейских и международных исследований НИУ ВШЭ Василий Кашин. «Во многом [украинский] конфликт начался из-за различий по вопросам европейской безопасности. Поэтому украинское урегулирование обсуждается в комплексе с этим вопросом. Видимо, дальше по ходу этих обсуждений будут решаться какие-то взаимоувязанные вопросы», — сказал РБК эксперт.

Ведущий научный сотрудник Института международных исследований МГИМО Николай Силаев обращает внимание, что тема общеевропейской безопасности не обсуждалась с Украиной с марта 2022 года, когда состоялись первые переговоры Москвы и Киева в Стамбуле, а с Соединенными Штатами за время конфликта такого разговора не было в принципе. По его оценке, позиция России по этой теме относительно того, что она обозначила в декабре 2021 года, принципиально не изменилась. «Думаю, возможны какие-то трансформации с учетом переговоров в Стамбуле. Но по существу она остается точно такой же. При этом позиция американцев совершенно неизвестна. То, что недавно обозначал Джаред Кушнер про меры доверия, свободу союзов, суверенитет, — это то же самое, что США говорили в январе 2022 года», — сказал РБК эксперт.

Насколько реально подключение Европы к переговорам России, США и Украины

В Абу-Даби присутствовали представители европейских стран и институтов: от Еврокомиссии — глава аппарата Урсулы фон дер Ляйен Бьорн Зайберт, от Евросовета — главный внешнеполитический советник Антониу Кошты Анна-Мария Бура, советники по национальной безопасности и дипломатические представители Британии, Германии, Италии и Франции. В переговорах они не участвовали — с ними американская и украинская делегации общались отдельно.

Кремль отмечал, что каких-либо контактов в Абу-Даби с европейцами не планировалось, при этом не исключая их участия в урегулировании в будущем. «Конечно, на каком-то этапе наверняка об этом может пойти речь, но в настоящий момент мы слышим заявления европейцев, которые не свидетельствуют об их желании внести какой-то вклад в продвижение по мирному треку», — сказал 11 ноября представитель Кремля Дмитрий Песков.

И американские, и украинские представители отмечают, что Европе необходимо определиться с одним представителем, который будет вести переговоры с Москвой. «Если бы европейцы могли согласовать единую кандидатуру переговорщика, это стало бы гораздо большим достижением, чем если бы нам удалось уговорить Россию согласиться на их участие в переговорах», — отметил в Абу-Даби Кушнер. С похожим посылом накануне выступил украинский лидер Владимир Зеленский. «Именно сейчас настало время выбрать того, кто будет представлять Европу. Все хотят ее представлять. Голос каждого очень важен. Но 40 человек не могут вести переговоры с Путиным», — сказал он на пресс-конференции во время визита в Данию (цитата по украинскому 24-му каналу).

Кашин считает, что проблема участия Европы в переговорах упирается именно в отсутствие у нее единого представителя. «Российская позиция состоит в том, что европейцы могут к ним подключиться, но для этого они сами должны решить, кто выступает от их имени, какой у него мандат, какие полномочия и какова будет повестка переговоров. Вот когда все эти вопросы будут решены, если это будет приемлемо для России, Россия начнет переговоры, — говорит эксперт. — Сейчас у разных европейских стран есть разные позиции по переговорам, некоторые вообще считают, что они не особо нужны. Своя позиция есть у различных фигур Еврокомиссии. Мы не можем пока видеть европейцев за столом переговоров именно потому, что непонятно, кого они будут представлять».