У школьников, которые подвергались травле, чаще отмечали симптомы посттравматического стрессового расстройства (ПТСР). Анализ 38 исследований выявил связь и у тех, кто травил сверстников, особенно если они сами становились мишенью. Данных о частоте подтвержденных диагнозов оказалось мало. О том, как у школьников может проявляться травматический стресс и что учитывают при постановке диагноза, — в материале «Известий».

Как симптомы различались в зависимости от роли в травле

Группа под руководством исследователя Университета Ставангера Серап Келеш отобрала работы более чем из 25 стран. Большинство из них посвящены ученикам средних школ. Средний возраст участников в разных выборках составлял примерно от девяти до 17 лет.

Под травлей авторы понимают повторяющиеся намеренные действия, когда одному из участников сложно защититься из-за неравенства сил. Это может происходить в классе или онлайн. При анализе ученые учитывали, о какой роли сообщали дети в каждой работе. Один и тот же ребенок мог подвергаться травле в одной ситуации и сам травить сверстников в другой.

Связь обнаружили во всех трех группах, наиболее выраженной она оказалась у тех, кого травили, и у детей, совмещавших обе роли. В работах, участники которых были в среднем младше, связь была сильнее. Это сравнение групп из разных исследований. Чтобы понять, как риск меняется с возрастом у одного и того же ребенка, понадобятся наблюдения за детьми на протяжении нескольких лет.

Сводный коэффициент корреляции между участием в травле и выраженностью симптомов составил около 0,24. Чем ближе этот показатель к единице, тем сильнее положительная связь. В отдельных работах ее сила заметно различалась. В 36 из 38 исследований данные о травле и симптомах собирали в один период. Такой дизайн показывает, какие явления встречаются вместе. Чтобы установить, что происходило раньше, понадобятся длительные наблюдения.

Почему доля детей с симптомами так сильно различалась

В 10 работах исследователи подсчитали, какая доля школьников, подвергавшихся травле, набрала баллы выше порога по шкалам ПТСР. Результаты варьировались от 12,1 до 65,8%. В разных выборках использовали разные инструменты оценки и пороговые значения. Поэтому эти цифры показывают, насколько результаты зависели от условий исследования. По ним нельзя вычислить долю детей с ПТСР среди всех школьников, столкнувшихся с травлей.

Повторяющиеся тревожные воспоминания, избегание напоминаний о случившемся и повышенная настороженность входят в число признаков ПТСР. При клинической оценке учитывают сочетание и продолжительность симптомов, их влияние на повседневную жизнь и характер события, после которого они появились.

Как проверяли связь с диагнозом

В обзоре было две работы, в которых авторы пытались оценить частоту самого расстройства. В одной из них использовали структурированное клиническое интервью со школьниками в Ливане. При этом у детей могли быть и другие травматические переживания, вклад которых оценить не удалось. Другая работа опиралась на опрос подростков, обратившихся в отделение неотложной помощи по разным причинам. Участники сами сообщали о симптомах и событиях, с которыми их связывали.

«Мы не можем исключить альтернативные объяснения, например другие диагнозы», — подчеркнули соавторы обзора Серап Келеш и Терри Пиготт.

Чтобы выяснить, при каких обстоятельствах травля может быть связана с клиническим ПТСР, ученые предлагают в будущих исследованиях уточнять, что именно происходило с ребенком, учитывать другие тяжелые события и наблюдать за изменением симптомов со временем.

Авторы предлагают учителям и школьным психологам обращать внимание на признаки травматического стресса у детей, вовлеченных в травлю, и при необходимости направлять их к специалисту для дополнительной оценки. При оценке таких симптомов у ребенка исследователи рекомендуют выяснять, сталкивался ли он с травлей.