Нейросети сегодня помогают создавать музыку, видео и анимацию, оптимизировать процессы при подготовке театральных постановок, а в рекламных проектах ИИ-креатор может выполнять задачи, для которых раньше требовалась целая команда. Творческие вузы и школы уже делают шаги в сторону технологий, ставших современной реальностью. В Гнесинке нейросеть учится истории и теории музыки, а в будущем ИИ могут внедрить в образовательный процесс. В Школе дизайна НИУ ВШЭ работу с ИИ называют уже не экспериментом, а частью инфраструктуры. Как «умные» технологии используются в подготовке представителей творческих профессий, где ищут нейрокреаторов и какие риски видят эксперты в бездумном использовании искусственного интеллекта — в материале «Известий».

ИИскусство

Использование нейросетей в искусстве по-прежнему вызывает споры об этике, авторстве и границах творчества. ИИ участвует в создании музыки, генерирует видео, которые порой трудно отличить от настоящих, а в некоторых проектах берет на себя часть работы целых производственных команд. Эта реальность постепенно меняет и творческое образование: учебные заведения от профильных вузов до специализированных школ начинают осваивать новые инструменты.

Российская академия музыки имени Гнесиных уже участвует в проекте по обучению нейросети основам истории и теории музыки. В академии не исключают, что в будущем ИИ станут использовать для проверки знаний студентов при условии одобрения ученого совета и профильных кафедр.

— Могу предположить, что это произойдет в ближайшие два-три года, если инициативу поддержит наш ученый совет и нам удастся адаптировать технологию для обучения истории и теории музыки, — сказал «Известиям» ректор вуза Александр Рыжинский.

При этом существенного влияния ИИ на образовательный процесс в музыкальном искусстве он пока не ожидает в силу особенностей специальностей, относящихся к академическим направлениям.

— Если внедрение технологий искусственного интеллекта и возможно, то в рамках условно технологизированных специальностей, которые существуют сегодня. Это медиакомпозиция, музыкальная звукорежиссура и подобные программы, — отметил Рыжинский.

Обучение инструменталистов и вокалистов, добавил ректор, по-прежнему опирается на традиционные методики. Исполнительское мастерство требует непосредственной работы с педагогом, и нейросети не смогут заменить его в этом процессе.

Возможности применения ИИ в творческом образовании во многом зависят от специфики профессии.

— Есть профессии, при обучении которых ИИ, скорее всего, будет использоваться, например у композиторов, аниматоров, сценографов, кинорежиссеров, художников по свету. А вот у вокалистов, драматических артистов, танцоров, музыкантов-исполнителей применение искусственного интеллекта для формирования профессиональных компетенций невозможно, — отметила в свою очередь директор Центра непрерывного образования и повышения квалификации творческих и управленческих кадров в сфере культуры ГИТИСа Тамара Потапенко.

«Спорить с технологией бессмысленно — нужно учиться с ней работать»

В Школе дизайна НИУ ВШЭ ИИ уже рассматривают не как эксперимент, а как часть инфраструктуры.

— Нейросети вплетены в проектную работу студентов. Мы исходим из того, что спорить с технологией бессмысленно — нужно учиться с ней работать. Мы создали собственную цифровую экосистему, где композиторы и саунд-дизайнеры размещают аудиофайлы, а студенты — свои проекты. Преподаватели могут обсуждать работы с учащимися прямо в браузере, без отдельной переписки и пересылки материалов, — рассказал «Известиям» академический руководитель программы «Разработка игр и цифровых продуктов», координатор саунд-музыкального направления Школы дизайна НИУ ВШЭ Пётр Сковородников.

По его словам, ИИ снимает рутинные задачи, но не ответственность за результат. Эту позицию разделяют и другие преподаватели школы.

— Главный риск для образования — получить прекрасную студенческую работу, автор которой не понимает, как она устроена, причем нейросеть может написать и убедительное объяснение задним числом. Поэтому одного готового проекта вместе с отчетом о процессе недостаточно. На разборе я всегда спрашиваю, почему выбран тот или иной вариант. В таком разговоре, как правило, становится понятно, способен ли автор объяснить свой выбор, — сказал преподаватель направления «Цифровой продукт и искусственный интеллект» в Школе дизайна НИУ ВШЭ Олег Пащенко.

Еще одна область, в которой активно осваивают ИИ, — производство визуального контента. В образовательных учреждениях появляются новые направления подготовки, связанные с нейросетями и их применением в анимации, кино и рекламе.

— Направление нейроанимации является новым для нашего университета и окончательно сформировалось только в этом году, — рассказала «Известиям» Ольга Орловская, и. о. заведующей кафедрой анимации и комиксов университета «Синергия». — Его внедрение связано с актуальностью темы и растущей потребностью отрасли в соответствующих специалистах. Я использую инструменты искусственного интеллекта в своей работе — прежде всего для поиска визуальных идей и образов, а также при оформлении текстовых материалов. Однако применяю их точечно и обязательно перепроверяю полученные результаты.

На рынке труда тоже отмечается спрос на специалистов, умеющих работать с нейросетями. Так, на сайте киностудии «Союзмультфильм» в разделе вакансий размещены предложения для ИИ-художника, ИИ-разработчика и ИИ-креатора. Все три позиции предполагают проектную занятость.

О нехватке кадров в нейропродакшене говорят и представители рекламного бизнеса.

— Индустрия всё активнее использует генеративный контент. Мы работаем с крупными клиентами, в том числе европейскими: реализуем проекты совместно с агентствами из Германии и Испании. При этом на рынке не хватает специалистов, поэтому так важно развивать образовательные программы, которые будут готовить новые кадры. Мы называем их нейроспециалистами или AI-креаторами. Это люди, способные самостоятельно вести весь производственный процесс. Если раньше для создания ролика требовалась команда из 50 сотрудников, то теперь с помощью ИИ с этой задачей может справиться один человек. Экономия при этом колоссальная. Раньше стоимость моих проектов составляла 10–30 млн рублей, сегодня аналогичную работу можно выполнить за 1–3 млн, — рассказал креативный директор ИИ-подразделения Filmway Production Эрадж Нидоев.

Как не потерять профессиональные навыки

Распространение нейросетей ставит перед творческим образованием новый вопрос: как научить студентов использовать технологии, не подменяя ими собственное мышление и профессиональную подготовку?

— Если ИИ возьмет на себя большинство задач, которые раньше выполнял специалист, непонятно, как человек будет получать практический опыт и профессиональные навыки. Кинематографист формируется через сотни часов просмотра и анализа фильмов, монтаж, работу над режиссерскими экспликациями, практику и собственные ошибки. Если убрать значительную часть часов непосредственной работы с материалом, человек получит результат, но необязательно приобретет тот опыт, который раньше был необходим для его достижения, — поделился опасениями режиссер и преподаватель курса «Нейросети и кино» Центра Михаила Чехова Владимир Ковальчук.

Одной из реакций на новую реальность стала Этическая хартия применения технологий искусственного интеллекта в театральном искусстве. Ее разработчиком и инициатором выступил ГИТИС, а базовый принцип документа — «Аугментация, а не замена». Технологии должны оставаться инструментом в руках художника, а не подменять его.

— Инструменты стремительно меняются, и знания об одной программе могут устареть уже через несколько месяцев. А вот основы композиции, драматургии, визуального повествования, монтажа и художественного мышления остаются актуальными. Сегодня практически любой может сгенерировать красивое изображение или видео. Но удачный кадр сам по себе еще не делает человека режиссером или дизайнером. Нужно понимать, какую задачу решает этот кадр, какую историю он рассказывает, почему выбраны именно такая композиция, цвет или стилистика, — солидарна дизайнер и основатель школы «Эй Ай Лэб» Елена Козлова.

Еще один аспект, на который обращают внимание специалисты, — технологии неидеальны и склонны порой фантазировать.

— Когда я работала с «Онегиным», нейросеть сочиняла такие истории, что было даже любопытно. Она приводила строчки от женского лица и не соотносила, что это письмо Евгения, то есть галлюцинировала. К тому же сама программа чаще всего написана так, чтобы удовлетворить твой запрос. Это не настоящий собеседник: он не может тебе парировать. Поэтому, с одной стороны, ИИ — действительно отличный инструмент. Но с другой — я глубоко убеждена, так говорит мой мастер Олег Львович, что текст должен открываться. С книгой надо работать, потому что в профессии артиста мы много говорим о восприятии, и в профессии режиссера нужно говорить точно об этом же, — отметила старший преподаватель кафедры режиссуры драмы ГИТИСа Наталья Шурганова.

В итоге представители образовательных учреждений и креативных индустрий сходятся во мнении: ИИ может стать помощником, но прокачивать нужно и естественный интеллект.