Федор Семенов-Амурский и Сергей Романович, Петр Нилус и Елена Киселева, Владимир Милашевский и Василий Шевченко - эти мастера, такие разные, сегодня не нуждаются в предоставлении. Их работы есть в ведущих собраниях страны. А на рубеже 1970-1980-х за закупку таких полотен приходилось вести настоящие баталии.

- Володя приложил огромные усилия, чтобы приобрести работы Романовича. Их не давали закупать, давили на Екатерину Резникову, которая тогда возглавляла музей, вызывали "органы"... До слез доходило. Директор разбиралась в искусстве. Но - была человеком старой формации, членом партии… А Володя умел убедить, настоять. Он как-то договаривался и с начальством, и с родственниками художников, у которых мы приобретали холсты. Приезжали к интеллигентным ленинградским бабушкам, пережившим блокаду: тесная комнатка - и все стены от пола до потолка увешаны великолепными картинами… И там велись удивительные беседы. Вдова Семенов-Амурского жила очень бедно, картины были сложены стопкой под кроватью, и мы закупали их, чтобы ее поддержать, - вспоминает протоиерей Андрей Изакар, который на излете застоя работал в музее вместе с Добромировым.

Владимира Дмитриевича туда приняли в сложный период. С прежних мест - он преподавал в вузах и работал в управлении культуры - "попросили" после вызова в КГБ. Органы посчитали, что человек, который слушает Галича и рок-н-ролл и общается с диссидентами, не должен иметь дело с молодежью. Он же ненароком вошел в "подозрительные" круги, еще учась на факультете романо-германской филологии ВГУ. Писал диплом по Максу Фришу, которого тогда активно издавали, под руководством литературоведа и переводчика Льва Копелева. Тот был диссидентом, другом Солженицына, сам прошел лагеря…

- С зарплаты в 140 рублей, которая у меня была в управлении культуры, я перешел в музей на 70. Остался в этой сфере на всю жизнь и ни разу не пожалел, - говорил сам Добромиров.

Добромиров проводил настоящие расследования в поисках интересных работ

Для начала ему поручили разобрать коллекцию русского и зарубежного фарфора, до которой у остальных не доходили руки. Он педантично рассортировал и атрибутировал экспонаты, а потом собрал из них выставку, имевшую резонанс далеко за пределами Воронежа.

Дальше была работа экскурсоводом и исследование неофициального искусства. Проект "Традиции и современность", очень смелый для 1987 года, стал одной из первых в Союзе попыток соединить классическую живопись и неофициальное искусство.

Будучи членом закупочной комиссии, Добромиров проводил настоящие расследования в поисках интересных работ. Огромной удачей стало знакомство с дочерью Сергея Романовича. Многие полотна отца она через Добромирова просто подарила, отметила ученый секретарь музея имени И. Крамского Наталья Бакина:

- Владимир Дмитриевич любил вспоминать, как приехал покупать две работы, а она вынесла еще несколько и предложила выбрать, что понравится. Бонусом. Он ухватился за "Одуванчики на темно-синем фоне". Хозяйка огорчилась, руками всплеснула: "Только не это! Посмотрите что-нибудь получше". Долго пришлось убеждать. Еду, говорит, в поезде, держу в руках эту картину и чувствую: "Везу шедевр"...

В Воронеже встретил знакомого, развернул приобретение - похвастать. Тот плечами пожал: "Мазня!" Этот небольшой натюрморт Романовича с желтыми цветами, горящими, как звезды в ночном небе, висит сейчас на новой выставке. Добромиров видел в незамысловатом сюжете образ вечности и света, пробивающего тьму.

Художественное чутье не обмануло его и с Нилусом. Мастер, в творчестве которого читается влияние французского импрессионизма, умер в эмиграции. Владимир Дмитриевич установил контакт с его падчерицей и после перестройки, будучи арт-консультантом в частной компании, смог организовать многоходовку по передаче наследия Нилуса в Россию. В схеме был даже специально зафрахтованный самолет. Столица Черноземья не казалась очевидным местом для такой коллекции. Но Нилус был другом Бунина, а Бунин родился в Воронеже… Этот козырь - а также личное обаяние Добромирова - решил дело. Наследница поставила лишь одно условие: картины мужа должны стать достоянием музея Бунина. Музей открыли много лет спустя, когда в живых не было ни ее, ни Добромирова.

- Владимир Дмитриевич был непростым человеком. Но подкупало и воспитывало нас, сотрудников, его очень серьезное отношение к своему делу - к музею, к искусству, - заключила Наталья Бакина.

Выставка "Искусство спасет вас!" продлится до 9 декабря 2026 года.

Справка "РГ"

Владимир Добромиров был связан с Воронежским художественным музеем имени И. Крамского с 1978 года. После перестройки ушел, став частным экспертом-искусствоведом, а в 2007 вернулся - уже в качестве директора, которым был до 2018 года. При нем была проведена реконструкция выставочного зала, что открыло возможность принимать там экспонаты федеральных собраний. Музей провел ряд знаковых выставок, в том числе современного искусства.