Андрей Гузеев, глава отделения Антитеррористического центра СНГ по ЦА:

- Несмотря на снижение уровня террористических угроз в мировом масштабе, в отдельных регионах и глобальном информационном пространстве наблюдается его устойчивый рост. Показательно, что одной из основных причин терроризма остаются неурегулированные межгосударственные конфликты. Они формируют условия для деятельности радикальных группировок вследствие ослабленного контроля со стороны органов власти.

Военная агрессия в отношении Ирана стала серьезным вызовом для всей системы международной безопасности и создала предпосылки для масштабной катастрофы, которая может повлиять на миллионы людей далеко за пределами эпицентра событий. Дальнейшая эскалация способна спровоцировать мощные миграционные процессы и гуманитарный кризис, аналогичный по масштабу тому, который мы наблюдаем в Ливии и Ираке. С его последствиями могут столкнуться и соседние с Ираном страны СНГ. Беспокойство вызывает также ситуация в Сирии. Но основным внешним источником угроз для СНГ и прежде всего Центральной Азии остается афгано-пакистанская зона.

Несмотря на понесенные ими потери, террористические группировки, укрывшиеся в этой зоне, сохраняют боеспособность, источники финансирования, тренировочную инфраструктуру и возможность планировать атаки за ее пределами. В северных провинциях Афганистана уже фиксируются создание опорных пунктов радикальных групп и разведка слабо контролируемых участков границы со странами СНГ. Особую тревогу вызывают не только попытки переброски через третьи страны боевиков, ранее не попадавших в поле зрения правоохранительных органов, но и вербовка среди трудовых мигрантов из стран Содружества и близких к ним. Благодаря цифровым технологиям и использованию систем искусственного интеллекта период радикализации того или иного человека в некоторых случаях отнимал у рекрутеров всего несколько недель.

Токон Мамытов, генерал-лейтенант, доктор политических наук:

- За прошедшие годы изменился не только характер угроз, но и сами механизмы их формирования. Это обусловлено геополитической конкуренцией за Центральную Азию, последствиями вооруженных конфликтов за ее пределами, изменением международных экономических и торговых связей, климатическими рисками, цифровой трансформацией и другими процессами. В связи с этим перед Кыргызстаном и всем регионом встает ряд совершенно новых задач в области безопасности.

Если Центральная Азия действительно стремится стать полноценным субъектом международных отношений, то мы должны не только сформировать собственную систему обеспечения безопасности. Необходимо прежде всего выработать совместные подходы и решения во внешней политике, которой предстоит учитывать национальные интересы не только того или иного государства, но и региона в целом.

В мире наблюдается переход от геополитической конкуренции за пространство к геоэкономической - за правила и инфраструктуру. Значительная часть рисков перемещается из сферы территориальных споров в сферу распределения ресурсов. В этом контексте Кыргызстан, к примеру, можно рассматривать как водонапорную башню Центральной Азии. Однако вопросы суверенного использования гидроресурсов требуют особого внимания уже с точки зрения региональной безопасности, ведь решения, затрагивающие распределение воды, влияют и на соседние страны. Нам необходимо взаимодействовать по всем этим вопросам с соседними государствами, друзьями, партнерами и союзниками.

Марат Абдылдаев, эксперт Национального института стратегических исследований КР:

- Очевидно, что в расстановке сил в треугольнике США-Европа-Россия имеет место значительная неопределенность. Центральная Азия в свою очередь оказывается между этими игроками, о чем не следует забывать. Руководство стран региона осознает эту ситуацию и стремится проводить сбалансированную, консолидированную многовекторную политику. Для этого существуют определенные инструменты, в частности формат "С5+1", а также такие организации, как ОДКБ, ЕАЭС и ШОС. Но, думаю, в конечном итоге Евразия сможет объединиться на позитивных принципах сотрудничества.

Что этому мешает сейчас? Мне кажется, определенные препятствия связаны с внутриполитическими процессами в самих странах Центральной Азии. Вместе с тем сейчас мы наблюдаем в этом отношении преимущественно позитивные тенденции. Я считаю, что странам региона необходимо не только развивать взаимодействие между собой и с внешними партнерами, но и последовательно демократизировать внутренние процессы. Например, привлекать общественные организации к формированию моделей дальнейшего развития региона и входящих в него государств.

Активное и конструктивное участие необходимо принимать и в развития Афганистана. Мне кажется, эта страна может прийти к мирной модели, несмотря на сохраняющиеся пока для нее угрозы.

Бактыбек Саипбаев, системный аналитик:

- Будущее мира и региона, думаю, во многом будет зависеть от того, чем закончится конфликт на Украине. Надеюсь, в ближайшее время произойдет коренной перелом, поскольку, на мой взгляд, к этому все и идет. Не случайно на Западе усилилось определенное беспокойство. Очевидно, что в евроатлантическом блоке опасаются неблагоприятного для себя развития событий на Украине. Это очень важный момент. Но влияние на ситуацию в мире и в регионе, конечно же, оказывают и события вокруг Ирана.

На какие международные структуры могут рассчитывать страны Центральной Азии в вопросах безопасности? На Организацию тюркских государств я бы возлагал меньше всего надежд. ШОС в большей степени ориентирована на международную торговлю и формирование транспортных коридоров. На мой взгляд, единственная организация, которая действительно может помочь нам в сфере безопасности в случае непредвиденной ситуации, - ОДКБ. Поэтому ее необходимо всемерно поддерживать, развивать и укреплять. Важно, чтобы она была готова проводить необходимые учения и оперативно реагировать на возникающие угрозы.

Поэтому, скорее всего, военно-политическая составляющая региональной безопасности по-прежнему будет связана прежде всего с Россией. Экономическая - с Китаем.

Мурат Бейшенов, бывший первый замглавы минобороны КР, кандидат философских наук:

- Кыргызстан не должен и не может рассчитывать на то, что его не затронут внешние конфликты. Обстоятельства могут измениться, и республика окажется вовлеченной в противостояние с другими силами. Соответственно, необходимо быть готовыми к различным вариантам развития событий.

Возвращаясь к теме терроризма, отмечу, что риски связаны не только с Афганистаном. Радикальные группировки осваивают современные технологии, включая беспилотники. Безусловно, у нас есть госструктуры, отвечающие за безопасность, и работа в этом направлении продолжается. Однако мне порой кажется, что в определенной степени мы утратили бдительность. Конечно, необходимо сохранять ее и готовиться к возможным террористическим угрозам, но есть и другие важные вопросы. Например, готовность к техногенным и экологическим катастрофам. Посмотрите на опыт Сирии, Афганистана и Турции, где происходили землетрясения. В таких странах заблаговременно формируют списки добровольцев, проводят учения и отрабатывают взаимодействие.

Важно анализировать и социальные процессы, в том числе миграцию, изменения в составе населения. Все эти факторы должны учитываться при планировании госполитики в области безопасности. В последнее время многие граждане Кыргызстана возвращаются из России и других стран по различным причинам. Не буду затрагивать политическую сторону вопроса, но необходимо понимать, что происходит с этими людьми после возвращения. Я не утверждаю, что мигранты представляют угрозу, но считаю необходимым обеспечить эффективную систему контроля и сопровождения в рамках закона.