За плечами у него Алтайский кадетский корпус. Это учебное заведение сейчас носит имя Героя России Ильи Каркавина, об этом стоит сказать отдельно. Каркавин - выпускник того же корпуса, разведчик-снайпер глубинной разведки. Он погиб в 19 лет: в 2022-м году под минометным обстрелом закрыл собой командира и спустя семь часов скончался. Звание Героя России Каркавину присвоили посмертно в 2023 году, а имя кадетскому корпусу - в мае того же года.

Бойцы батареи "Алтая" привыкли к коротким паузам между задачами - потому что знают: скоро снова на позицию.

Но это все про корпус - а сам Алтай после него пошел дальше, в Михайловскую военную артиллерийскую академию в Санкт-Петербурге. Закончил учебу в 2024-м. Вот цифры, которые говорят сами за себя: за два века существования эта академия выпустила свыше 90 тысяч артиллеристов и ракетчиков. Среди них 95 Героев Советского Союза, так что за спиной у Алтая - не просто "корочка" об образовании, а академия с двухсотлетней историей и своими героями.

Шеврон с надписью "Россия" на рукаве артиллериста. Командир говорит, что тактику они меняют постоянно, а вот это слово на рукаве - не меняют.

И два года реальной работы в зоне специальной военной операции, которую здесь не принято называть громкими словами. Алтай говорит без пафоса, и с первых минут обозначает главное: то, чему учили раньше, на этой войне уже не всегда работает. Война меняется каждый месяц.

Почему артиллерия больше не бьет залпами по 40 снарядов

- Раньше реактивные батареи работали вместе, целым подразделением, - говорит Алтай. - Сейчас принцип совершенно другой. Воюют по одной установке. Одна реактивная установка - одна задача.

Изменились правила игры для батарей. Изменились и цели. Если раньше артиллерия накрывала большие площади залпами по 40 снарядов, то теперь охота идет за точечными целями - пунктами управления, командными пунктами и блиндажами ВСУ. По ним работают экономно: по 10-20 снарядов, и только в редких случаях - полным пакетом боеприпасов по четыре десятка снарядов.

Блиндаж батареи "Алтая": на стене снимки фронтовиков Великой Отечественной.

В батарее Алтая четыре огневых расчета, и каждый день они получают новые координаты куда стрелять. Это требует ювелирной точности и скорости.

И за каждой такой стрельбой стоит еще другая война - логистическая. Казалось бы, что сложного - подвезти снаряды? Но у реактивной артиллерии своя специфика: один снаряд весит 100 килограммов и достигает 3 метров в длину.

- Другие подразделения могут подвозить боеприпасы на малогабаритном транспорте, - продолжает Алтай. - Мы такой возможности не имеем.

Шеврон бойцов группировки "Север". На Сумском направлении к таким знакам относятся спокойно: просто часть формы.

Поэтому каждый день, рискуя, водители отправляются на позиции на длинных четырехосных "КамАЗах". Это КамАЗ-6350 из семейства под названием "Мустанг", колесная формула 8×8, дизель мощностью 360 лошадиных сил, длина машины - почти 10 метров, грузоподъемность - более 10 тонн. Он забит снарядами.

Плакат "Русскому воину-освободителю слава" в блиндаже под Сумами.

Другого пути нет. Чтобы минимизировать риски, приходится организовывать прикрытие - КамАЗы с боеприпасами защищают от дронов. Пока, к счастью, инцидентов с подвозом не было, но напряжение ощущается постоянно - и в том, как водители выбирают маршрут, и в том, как быстро они уезжают обратно. Алтай называет это "больным вопросом" - и по тому, как он произносит эти два слова, понятно: за ними стоят не абстрактные риски, а конкретные люди, которых он каждый день отправляет в дорогу.

"Жужжит и летит на тебя": как дроны изменили войну

Арта бьет быстро. Противник реагирует и отвечает быстро тоже. По словам командира Алтая, "ответка" может прилететь уже через одну-две минуты - в ход идут FPV-дроны ВСУ. Поэтому главное правило наших артиллеристов - выстрелить и сразу уехать с позиции.

Один недавний случай врезался в память командиру особенно сильно. После выполнения задачи их обнаружили - и людей и технику. По машине ударили. FPV-дрон попал в топливную систему.

Водитель мгновенно начал чинить машину, а в это время налетели еще десятки FPV-дронов. Бойцы отражали атаку в течение получаса, пока механик восстанавливал технику.

Флаг и знамя с Александром Невским в блиндаже артиллеристов. В зоне СВО образ святого князя - не редкость: его считают небесным покровителем русского воинства.

- В результате все удалось восстановить, - вспоминает Алтай. - Уехали без потерь.

Рассказывает он это эмоционально, и только потом, чуть помолчав, говорит: "Тогда повезло". На войне знают цену везению.

Если в 2023 году, когда Алтай еще был курсантом, основным средством поражения была артиллерия, то сейчас большая часть ударов на передовой наносится дронами. Они стали самостоятельной силой, а не просто "птичками". Приходится постоянно учиться и менять тактику.

- Каждый месяц тактика меняется, - подчеркивает командир. - Как и дроны тоже. Постоянно что-то новое летает: жужжит и летит на тебя.

За прошедший месяц подразделение Алтая уничтожило не менее тридцати целей: из них большая часть - как раз пункты управления украинскими дронами и БПЛА.

Эти слова из Евангелия от Иоанна читают бойцы, командиру "Алтаю" - 25, и он говорит, что война меняется каждый месяц, но эта строка - нет.

А на вопрос о наградах командир отвечает с присущей ему скромностью. У него пять медалей, включая медаль Жукова.

- Жукова - это госнаграда, - объясняет Алтай. - И, если по-честному, ее дают не за красивые глаза, а за меткую стрельбу и за то, что уцелел под дронами и выполнил задачу. Так что шутка шуткой, а награды по делу. В прошлом году мы работали с командующим артиллерией округа - он лично распорядился наградить весь мой расчет за боевую работу на Харьковском направлении.

При этом командир признается: когда приедет домой в Алтайский край, медали надевать не собирается.

- Не потому, что не ценю, - говорит он. - Просто это не то, чем стоит хвастаться. Есть вещи, которые не выставляют напоказ.

Один раненый на всю батарею

Несмотря на интенсивность боев, подразделению удалось сохранить личный состав. С 2024 года, с момента формирования дивизии, в батарее у Алтая нет ни одного погибшего. Есть лишь один легкораненый.

- Работа выстроена так, чтобы минимизировать потери, мы стараемся не отставать от новых тенденций, - говорит Алтай и тут же поправляет себя сам. - Не отставать - это громко сказано. Скорее, успевать за тем, что происходит.

Нас сюда не на прогулку отправили": в блиндаже портреты Верховного главнокомандующего и министра обороны. Командир "Алтай" каждый день убеждается: тактика меняется, а ответственность - нет.

Несмотря на молодость, Алтай четко понимает: чтобы руководить, нужно самому "чувствовать" работу каждого бойца. Поэтому до сих пор старается сам выезжать на боевые задачи с расчетами.

Одна из таких задач - через час. Мы выходим из блиндажа наверх. Небо серое, где-то снова жужжит. Алтай провожает меня до машины. Потом он вернется к своим обязанностям - к картам, к расчетам, к людям, за которых он отвечает. На прощание не говорит ничего торжественного - просто кивает. Война действительно меняется каждый месяц, но одно остается неизменным: на переднем крае всегда есть те, кто делает свою работу.

РСЗО "Град" на огневой позиции. Раньше такие машины били полным пакетом, сейчас расчет заряжает по 15-20 снарядов: нужно быстрее отработать по цели и уехать.