К 1987 могло показаться, что американская история фантастического успеха в сфере работы с ПК может быть реализована и на другом конце света, в СССР. Подобно тому как в США несколько инициативных молодых людей смогли своим самодельным компьютером Apple создать крупный фактор американской и даже мировой экономики, так и в СССР группа талантливых молодых физиков была близка к такому же результату в более скромных, но весьма немаленьких масштабов СССР и блока, связанных с ними стран.
Впервые столкнулся с этим компьютером наверное в году 1988. В МГУ тогда работала какая-то группа разработки ПО для этого ПК и случайно возникли несколько контактов. Однако особого интереса это у меня не вызвало, так как плотно работал тогда с компьютерами Amstrad CPC/PCW и времени на что-то ещё уже не хватало. Ну и была тогда мощная волна в информационном поле, которая несла многих, включая меня, и находясь на которой советские разработки в области ПК воспринимались как нечто неактуальное и быстро уходящее. Тогда был совершенно уверен в значительном превосходстве своих Амстрадов над Корветами. И оно действительно было, но не слишком значительным, а в кое-каких важные деталях Корветы имели преимущества. Но это стало ясным гораздо позднее.
В 1991 опять, но уже более плотно, через университетский ЦНТТМ для меня возникла тема Корветов в последней модификации Квант-8. Центр научно-технического творчества молодёжи получил партию этих Квантов и пытался куда-нибудь их пристроить. С чем и работал несколько месяцев. Всё тогда менялось очень быстро. Сам уже собрал свой первый IBM PC AT совместимый комп и все перспективы связывал именно с ним: 80286@12МГЦ + SVGA card + 2MB RAM – это было намного круче любой конфигурации Корвета. К сожалению, никто похоже так не сделал фотку Кванта-8 в полной комплектации, со цветным монитором, принтером и системным блоком с двумя дисководами.
Спустя десятилетия заинтересовался темой истории ПК, техники, которая так сильно повлияла на многих из моего и последующих поколений. Открылось множество необычных весьма впечатляющих деталей. Ну и удалось даже написать некоторые коды.
Итак всё начиналось в начале 80-х в одной из лабораторий физиков-ядерщиков МГУ, где молодые ученые впервые столкнулись с ПК. Это был компьютер из серии Tandy TRS-80, первый массовый ПК в мире. Эта техника тогда не могла, не впечатлить! Но по причинам, которые трудно понять как тогда, так и сейчас, закупить в те времена за рубежом вычтехнику было чрезвычайно сложно. Нефтедоллары уходили на что-то другое, например, на кассеты к бытовым магнитофонам. Проще было попытаться изобрести свой собственный компьютер. За что и взялись Николай Рой, Александр Скурихин и Олег Щербаков. Подобный подход тогда было мировым трендом. Оригинальные ПК делали тогда почти всюду и даже, например, в Бразилии, Венгрии, Швеции, Югославии, Норвегии, Чехословакии, ГДР, … А такие страны как Япония, Франция или Италия производили свои оригинальные ПК в довольно больших количествах.
К 1985 разработка была завершена и в 1986 появилась соответствующая публикация в журнале Микропроцессорные средства и системы. Новая система сразу нашла серьёзную поддержку. Шефство над ней взял влиятельный академик Евгений Велихов. Планировалось с 1987 начать массовый выпуск Корветов, прежде всего для школ, и сразу на многих предприятиях. Производство компьютера одной модели в таких масштабах планировалось в СССР впервые.
Интерес академика Велихова был неслучайным. Ещё в 1984 он вместе с будущим генсеком Михаилом Горбачевым посетил Великобританию, где советской делегации презентовали сотню Спектрумов, которые потом внедрили в несколько московских школ. Однако, быстро выяснилось, что для школ такой компьютер не подходит. В 1985 был проведен масштабный конкурс на лучший зарубежный компьютер для советских школ, на котором выбрали оставивший немало добрых воспоминаний компьютер Ямаха MSX. Тут как раз и возникла тема Корвета. Возможно это повлияло на то, что закупки Ямах значительно сократили в объёмах. С другой стороны, некоторые элементы стандарта MSX стали частью системы Корвет.
Однако, за весь 1987 удалось выпустить только несколько более 1000 машин, примерно 10% от плана. Такой провал был вызван многими причинами. Одной из главных была общая неготовность промышленности к массовому производству такого рода продукции. Но возникли и какие-то скорее околополитические проблемы. С каким-то невероятным упорством вместо Корвета стали продвигать совершенно тогда ещё недоделанный компьютер УКНЦ. Обстоятельства, связанные с последним имеют много чего очень странного, близкого скорее к какой-то конспирологии. В частности, для продавливания УКНЦ был, после первой провальной попытки протолкнуть неработоспособное изделие, привлечен академик Андрей Ершов, имевший огромный мировой авторитет и который потратил немало лет на внедрение вычтехники в советские школы. Он тогда похоже был уже очень болен и возможно стал жертвой каких-то махинаций, как говорят, попила. Ершов выступил со скорее необычной позиции “хорошее враг лучшего”, типа Корветы и БК хороши, но надо двигаться дальше, и своим авторитетом продавил приёмку ещё очень недоделанного УКНЦ. В результате значительные производственные мощности, предназначенные Корвету, сначала просто придерживали, а потом передали под УКНЦ. Министерство электронной промышленности в открытую саботировало производство! Против Корвета выступали и силами поменьше. Например, в самом МГУ химики хотели свой более простой компьютер Ириша. А ряд заводов просто внедрял местные разработки. Могу предположить, что колоссальный объём дрязг, связанный с внедрением в массовое производство, оказался молодым физикам неподъёмным. А кое-где грубая и жёсткая политика проявляла себя явно, например, из-за кошмарного армяно-азербайджанского конфликта большой завод в Баку, специально построенный для производства Корветов, так и не смог заработать. Масс-медия по отношению к Корвету была неоднозначно: в связанных с КПСС органах Корвет поддерживали, а вот в нарождавшейся тогда новой информационной волне относились скорее настороженно. В декабрьском номере журнала Радио за 1989 год появилась статья с характерным названием “Корвет терпит кораблекрушение?”
К 1991 предположительно было выпущено примерно 100,000 Корветов. Затем заводы стали переходить на клонирование Спектрума и типичным для этого процесса стало использование корпусов и других компонет Корветов. Этот разгром не совсем понятен. Так как Корветы были готовы покупать школы, а Спектрумы для школ, как уже отмечалось, были практически непригодны. Корвет можно было использовать в офисе, а Спектрум нет. За рубежом компьютеры класса Корвета использовали в малом бизнесе ещё в начале 2000-х. И ряд компьютеров, например, Специалист, БК или Вектор продолжали ещё некоторое время выпускаться – компьютеров тогда очень не хватало: рынок огромным импортом и массовым клонированием Спектрумов смогли насытить только к концу 90-х. Несколько заводов держалось за Корветы до 1992. В частности, в Нижнем Новгороде производили упомянутые Квант-8.
В свободную продажу Корветов поступило совсем мало. И цена была немаленькая, в районе более 800 рублей в минимальной конфигурации. Поэтому фан-база у него существенно меньше, чем у БК или Вектора. Интересно, что небольшое количество Корветов успело попасть в Польшу. Там даже был сделан один из первых эмуляторов этого ПК.
В Корвете использовался клон процессора Intel 8080, который советская промышленность освоила ещё в середине 70-х. К сожалению, за таким успешным стартом последовал типичный для эпохи застой. Склонировать более продвинутые и совместимые с 8080 процессоры, 8085 и Z80, смогли почему-то только к началу 90-х. 8080 требует более громоздких и дорогих схем подключения, чем пришедшие ему на смену процессоры. Однако, производильность 8080 на тех же тактовых частотах лишь незначительно, на процентов 10-20 меньше, чем у Z80 и 8085. Поэтому советские компьютеры на базе клона 8080 были по производительности сравнимы с зарубежными системами на базе Z80. В Корвете 8080 тактировался частотой 2.5 МГц и это была реальная эффективная частота. В большинстве ПК часть тактов съедал видеоконтроллер или схемы управления динамической памятью. Например, процессоры Амстрада, Вектора или MSX теряли таким образом примерно 20% тактов. В БК, Атари 800 или Commodore +4 такие потери доходили до трети и более тактов. В итоге Корвет получается по производительности только примерно на 30% хуже, чем Амстрады или MSX. Однако, Корвет быстрее довольно дорогого компьютера Commodore 128 (1985) в режиме Z80 или своего изначального прототипа фирмы Tandy (1977). Корвет также быстрее любого советского 8-битного компьютера.
Главной силой Корвета была продвинутая видеосистема. Тут он превосходил большинство компьютеров своего класса по некоторым важнейшим характеристикам. Даже очень любопытно, а зачем физикам вообще понадобилась такая мощная графика?! У исходного образца для подражания, компьютера Tandy TRS-80, графика была очень примитивная.
В отличие от большинства компьютеров, имевших продвинутую графику, которые использовали несколько режимов работы видеосистемы, Корвет имеет только один видеорежим, совмещающий как текст, так и графику. Мне неизвестна ни одна другая система, имевшая такую уникальную особенность.
Графика Корвета планарная, 3-плоскостная. Каждая плоскость – это 16 КБ видеопамяти, из которой формируется растр 512х256. Таким образом, получаем 8 цветов с довольно большим количеством пикселов. Для сравнения, MSX-2 (1986) мог только 512х212. Палитра у Корвета содержит 16 сочных цветов и она явно лучше, чем у Коммодоров или Амстрадов.
Текст – это четвертая плоскость, реализуемая через 9216 бит – это 1024 раза по 9 бит статического ОЗУ. Можно использовать режимы 64x16 или 32x16. Знакогенератор в ПЗУ и не может быть перенесен в ОЗУ, поэтому набор знаков из 256 символов фиксируется аппаратно содержимым ПЗУ. Система поддерживает два набора знаков. Девятый бит используется для возможности инвертировать знаки. В целом реализация текста не может не вызывать вопросов. Почему только 16 строк, а не 32, 25 или хотя бы 24? Почему именно статическая память? Почему нет возможности использовать знакогенератор из ОЗУ? Возможно вместо второго малонужного знакогенератора лучше было бы иметь 4 КБ ОЗУ для программируемого шрифта. Стоит, однако, отметить очень хорошую чёткость текста даже на тв, что, в частности, обеспечивается большой 8х16 матрицей символов. Интересно, что по количеству показываемых на текстовом 32х16 экране знаков Корвет примерно совпадает с компьютером Commodore VIC-20 (1981), первым компьютером-миллионником.
Самое странное в графике Корвета это то, что поддерживается 4 банка видеопамяти по 48 КБ каждый, итого 192 КБ. Это было явное излишество. Для организации весьма полезной двойной буферизации видео достаточно было бы двух банков. И это при том, что память тогда была довольно дорогой. Поэтому большинство компьютеров имели установленным только один банк. И даже не было опции установки только двух банков! Надо ещё отметить, что в отличие от MSX, где видеопамять можно использовать для хранения спрайтов и шрифтов, Корвет не имеет аппаратных спрайтов и не может хранить шрифты в ОЗУ, что опять подтверждает избыточность такого значительного объёма видеопамяти. Можно ещё для сравнения указать, что в компьютере Коммодор 128 объём видеопамяти был 16 КБ, заменой микросхем доводимый до 64 КБ. На системах MSX2 типично наличие 128 КБ видеопамяти, хотя иногда ставили только 64 КБ. У Коммодора и MSX2 есть специальные аппаратные средства для работы с видеопамятью, в частности, блиттер для быстрого копирования фрагментов памяти, – у Корвета с копированием видеопамяти всё очень тормознуто. Хотя для копирования текста Корвет мог использовать аппаратное ускорение копирования бита инверсии, что довольно уникально. А на системах MSX1 видеопамяти было всего-то 16 КБ.
В Квант-8 зачем-то радикально сменили системные шрифты, что сделало большинство программ для других Корветов с ним несовместимыми или плохосовместимыми. В типовых Корветах один из знакогенераторов задает символы в кодировке КОИ-8, а другой в так называемой основной кодировке ГОСТ. Последняя вопреки названию использовалась очень редко. В Квант-8 на место КОИ-8 переместили шрифт в “основной” кодировке, а дополнительный знакогенератор поместили шрифт в альтенативной кодировке ГОСТ, самой популярной тогда на IBM PC в СССР. Для работы с текстами, использующими кириллицу, необходим шрифт в соответствующей кодировке. Однако при смене кодировки могут возникать проблемы и без кириллицы, из-за разного кодирования символов псевдографики.
Самая крутая фича видеосистемы Корвета – это элементы аппаратного ускорения графики, которых не было даже у многих компьютеров более высокого класса. На Корвете можно записать данные сразу в три плоскости видеопамяти одной командой ассемблера. Таким образом, записав один байт, обновляем сразу три байта в видеопамяти: можно за раз установить от 1 до 8 пикселов! Подобных возможностей не было даже у Амиг! Они появились только на профессиональных картах типа EGA.
Другой элемент аппаратного ускорения видео в Корвете – это наверное уникальная возможность быстрого сравнения цвета восьми пикселов с заданным цветом, что позволяет быстро делать заливки выбранных областей на экране. Корвет на таких заливках показывал рекордные результаты, обгоняя по некоторым данным даже первые PC AT!
С видеопамятью можно работать и более прямолинейно, производя работу с отдельными плоскостями. Этот метод сделан несколько тормознуто, так как запись байта в нужную плоскость обычно происходит в два этапа – это из-за того, что записывать нули и единицы нужно по отдельности. Однако, с одной или двумя плоскостями работать для некоторых видов графики быстрее. Можно ещё пользоваться тем, что и при таком доступе можно писать биты и в несколько плоскостей сразу. Кстати, читать из нескольких плоскостей сразу тоже можно, но это скорее бесполезно. А если одна или две плоскости резервируются для неграфического использования, то поплоскостному доступу альтернативы вообще нет.
На Корвете нет возможности быстро считать цвет пиксела. Для такой задачи нужно поочередно работать со всеми плоскостями. Это, в частности, тормозит копирование блоков видеопамяти. Хотя в системных регистрах есть один неиспользованный бит и возможно его собирались использовать для ускоренного считывания цвета.
Преобразование содержимого видеопамяти в цвета на экране происходит через специальную таблицу, где каждой из возможной комбинации из 4 бит сопоставляется один из 16 цветов. Это, помимо гибкого управления цветами, позволяет использовать некоторые плоскости для неграфических целей, просто для хранения данных. Используя символ инвертированного пробела, можно в ячейках 8х16 иметь дополнительные 8 цветов в добавок к 8 выбранным основным для графики. А используя псевдографику, можно работать и с меньшими ячейками. Уникальность текстового режима Корвета позволяет делать попиксельную раскраску символов текста – такого кроме Корвета не умеет ни один компьютер!
Нет никакой аппаратной поддержки скроллинга, но если есть хотя бы один дополнительный банк видеопамяти, то можно довольно качественно создавать скроллинг-эффекты через использование двойной буферизации. Корвет имеет возможность синхронизировать операции процессора с кадровой разверткой – так могут далеко не все компьютеры.
Доступ процессора к видеопамяти происходит выделением окна в 16 КБ в адресном пространстве. Для текста такое окно имеет очевидный размер в 1 КБ. Адрес начала окон может иметь разные значения, определяемые конфигурацией памяти. Всего поддерживается несколько десятков таких конфигураций. Окна могут ещё выделяться для ПЗУ, портов ввода-вывода, клавиатуры и регистров системы.
Самое странное в архитектуре Корвета – это неиспользование адресного пространства портов процессора. Возможно это прямое влияние TRS-80. Но если Tandy делала так с целью максимального удешевления производства, экономя таким образом одну микросхему, то Корвет, имея несколько явных излишеств в архитектуре, мог бы себе позволить нормальный способ работы с портами. И TRS-80 не требовалось, в отличие от Корвета, столько разных конфигураций памяти. Насколько знаю других известных компьютеров, не использующих порты, на базе совместимых с 8080 процессоров больше не было.
Из-за того, что Корвет для доступа к портам использует основное адресное пространство процессора, при смене конфигураций памяти адреса системных и прочих портов меняются. Что совершенно уникально. Неудобства для программирования из-за этого в целом терпимы, так как программа обычно использует не более двух конфигураций памяти, но не могут не раздражать.
Системные регистры предназначены только для записи. Считать их нельзя. Поэтому система должна хранить их копии, если их значения потребуется использовать. Такое положение было довольно типичным среди самых разных систем.
Клавиатура у Корветов была довольно качественной, с функциональными клавишами и отдельным блоком дополнительных клавиш. В Кванте-8 её немного улучшили, добавили несколько новых клавиш.
К Корвету можно подключать практически любую стандартную периферию индустриального стандарта: дисководы, принтеры, модем, мышку и т.п. Стандартный объём дискет для Корвета – это 800 КБ. Использовались недорогие двусторонние дискеты двойной плотности. Всего можно было подключать до четырех дисководов, как и на IBM PC. Корвет можно подключать к цветному или монохромному монитору или к бытовому тв, но на последний сигнал цвета не передаётся, а так как абсолютное большинство комплектных мониторов было монохромными, то очень мало кто реально имел опыт наблюдать сочные цвета на изображениях, производимых этим компьютером. В те времена, и не только в СССР, цветные мониторы были скорее роскошью. Возможно некоторым аппаратным избытком было наличие двух последовательных интерфейсов для RS-232 и токовой петли на некоторых моделях.
Из-за нехватки дисководов школьные Корветы объединяли в сеть, чтобы ученики могли иметь возможность грузить приложения на свои бездисковые компьютеры с компьютера преподавателя, оснащенного одним или двумя дисководами. Поддерживались скорости до 19500 бод. У преподавателя мог ещё быть и принтер. Компьютер преподавателя с полным набором портов назывался ПК8020, а ученика – ПК8010. К сожалению, так и не нашел пока никаких воспоминаний о том, насколько хорошо такая сеть работала.
Можно было подключать и бытовой магнитофон, но это было явно не для школ. А как домашние компьютеры Корветы фактически не успели состояться.
Звук был аппаратно в точности таким же как на IBM PC. Удивительно только, что на Корвете частота для чипа таймера, используемого для синтеза звука, даже выше чем на PC: 2 МГц вместо одного с хвостиком. Кроме того, в отличие от IBM PC, у Корвета есть возможность выводить звук на внешний динамик, а не только слушать звук через бипер.
В Корвет штатно ставилось 24 КБ ПЗУ: 8 – системное, 16 – бейсик. Теоретически Корвет поддерживает до 96 КБ ПЗУ, но практических примеров использования дополнительного ПЗУ мне неизвестно. Тема добавочного ПЗУ отсутствует и в документации: похоже у разработчиков до этого просто не дошли руки. Известны три версии системного ПЗУ: 1.1, 2.0 и 3.0 – последняя использовалась только на Квант-8 и была фактически модификацией версии 1.1 с поддержкой улучшенной клавиатуры. Версии 1.1 и 3.0 содержали в себе бага (скорее недоделку), из-за которого нельзя нормально работать с широким знаками текста 32х16. Интересно, что пользователи нашли метод работы с такими символами и когда сталкивались с исправленной системой, то из-за того, что там их трюки не работали, считали исправленное ПЗУ ошибочным! Ещё 8 КБ ПЗУ – это шрифты. Память ОЗУ 64 КБ – этого уже было маловато к 1989, но схем подключения дополнительной памяти так и не сделали.
Корветы выпускали в разных вариантах. Помимо Квант-8 были ещё “бренды” Контур, Нейва, Орбита, Элекс-1, … Отличия были в системном ПЗУ и чаще в знакогенераторах. Кроме того, у более поздних моделей слегка была изменена частота кадровой развертки.
Основная ОС для Корвета – это CP/M 2.2, что позволяет использовать тысячи единиц отличного ПО, созданного для этой популярной тогда системы. Специально для Корвета и его графики были созданы сотни программ, некоторые из которых выделялись своим впечатляющими характеристиками.
Вместо CP/M можно было использовать отечественную ОС МикроДОС. Фактически это однобанковый вариант системы CP/M 3.0 или, как её ещё называют, CP/M+, с некоторыми заимствованиями из RT-11 и рядом уникальных непринципиальных особенностей. CP/M+ появилась на 2 года раньше МикроДОС и была в целом получше. И зачем было тратиться на разработку фактически её клона?! Очередной попил? Наверное более полезным был бы перенос системы MSX-DOS…
Видеопамять можно использовать как RAM-диск. Однако, попыток, используя эту память, сделать для Корвета что-то типа двухбанковой CP/M+ так и не случилось. Хотя слои видеопамяти в окне можно использовать как обычную память ОЗУ, с упомянутыми ограничениями по записи, получая до 48 КБ или даже 192 КБ дополнительного ОЗУ для процессора. Кстати, на MSX подобный номер невозможен: там процессор может работать с видеопамятью только как с данными. А если дать волю фантазии, то можно представить использование видеопамяти как памяти с ограниченной защитой, и, например, хранить там критические коды продвинутой ОС!
При отсутствие дисковода можно работать с ПЗУ-бейсиком и магнитофоном. Бейсик для Корвета следовал спецификациям MSX и получился весьма качественным. Из-за того, что бейсик из ПЗУ совершенно не поддерживает работу с дисководами, для CP/M существует его дисковый вариант. Однако, в отличие от бейсика MSX редактор в Корвете не полноэкранный, а строчный, причём использующий команды очень популярного до сих пор редактора VI.
Среди прикладных программ для Корвета особенно выделяется интегрированная среда Express Pascal. Она фактически является функциональной копией среды Turbo Pascal 4. Cистема Turbo Pascal 3 была очень популярна для компьютеров CP/M и IBM PC, но её версия 4 была выпущена только для IBM PC. Более того Turbo Pascal 3 требовал от компьютера CP/M процессора Z80. Поэтому на Корвете эту систему было невозможно использовать. Таким образом, Express Pascal предоставлял Корвету средства разработки класса IBM PC, недоступные другим CP/M-компьютерам! К большому сожалению, работа не была доведена до конца. Так и не была доделана поддержка модулей и остались ещё несколько заметных недоделок. Не совсем понятно поэтому, как в статье 1992 года написано о полной совместимости с Turbo Pascal 4. Имел возможность в 1991 общаться с автором этой замечательной реализации паскаля.
Игры для Корвета отличает выделяющаяся яркость красок. Абсолютное большинство игр – это результаты портирования с других платформ и поэтому они не вполне используют все возможности продвинутой графики этого компьютера.
Из-за очень небольшой фан-базы для Корвета появилось совсем мало ПО после 1992 по сравнению с БК или Вектором. Хотя изредка появляются очень качественные программы. Лет 5 назад была портирована известная игра Saboteur. Позже появился предварительный вариант Prince of Persia. Но можно предположить, что системы ИИ что-нибудь сами напортируют в ближайшие годы и в хорошем качестве. По уже названной причине для Корвета нет заметных своей активностью интернет-ресурсов. Хотя есть раздел на спектрумовском форуме zx-pk, группы в Телеграме и в ВК, заброшенные сайты отдельных энтузиастов. Грустно, что среди экспонатов яндекс-музея Корвет до сих пор отсутствует…
Были сделаны некоторые интересные аппаратные новшества. В частности, поддержка использования SD-карты вместо ставших очень неудобными дисководов. Впечатляет также факт успешно проведенной замены процессора 8080 на Z80 и разгон до 5 и даже 10 МГц!
Для Корвета существуют до десятка эмуляторов. Лучшие из них это Башкирия-2000 и emu80. Есть и онлайн-эмулятор.
Интересно, что Apple 2 сыграл огромную роль в США как школьный компьютер, а Корвет мог бы теоретически сыграть подобную роль в СССР. Но молодые физики предпочли остаться физиками, а не продвигать своё изобретение. В 1989, критическом для Корвета годе, его разработчики оказались почему-то в США. А надо было бы готовить радикальную модернизацию. И удивительно и странно, что разработчики Корвета хранят молчание об истории своего компьютера до сих пор. Последняя их статья датируется 1992 годом и там только описание аппаратуры.
Возможно более правильно сравнить Корвет с изделием компании Acorn, британским BBC Micro, поддержку которого государственными организацими, можно сравнить с той государственной поддержкой, которую получил советский компьютер. Acorn была маленькой компанией, которая помимо успеха сделать основной компьютер для школ, смогла также обеспечить своей разработке существование массового, пусть и не лидирующего, домашнего компьютера. И хотя коммерческий успех Acorn гораздо скромнее достижений Apple, Acorn смогла ещё создать первые варианты самого популярного процессора современности, ARM! Сделать то, на что не хватила духа ни огромным американским корпорациям, ни мощным экономикам государств вроде СССР, ФРГ или Японии!
С конца 70-х до конца 80-х было несколько десятков стран, где с разным успехом произволись собственные компьютеры для школ. Но СССР был наверное лидером по разработке вариантов несовместимого железа в этой области: Корветы, БК, Агаты были совершенно несовместимы и позже к этой коллекции добавили ещё более десятка моделей. В каком-то смысле был реализован проект анти-MSX. В MSX несколько стран (США, Япония и Голландия) выработали общий стандарт и многие компании выпускали согласно нему миллионы компьютеров, а в СССР сделали всё наоборот: каждый кто мог проталкивал свои разработки, которые затем выпускались в лучшем случае в десятках тысячах экземляров. И это-то в централизованной, плановой экономике! Хотя к 1991 промышленность раскачалась и готова была начать штамповать компьютеры в нужных количествах, но тут всю экономику принесли в жертву очередной политической целесообразности. Поэтому драма Корвета лишь маленький фрагмент общей драмы истории.
Ну вот вроде и все, что смог написать. Уверен, что есть люди, знающие Корвет лучше меня. Поэтому буду рад дополнениям, уточнениям и замечаниям. Благодарю за прочтение.
Комментарии 0